Сибирские огни, 1974, №10

Смирнов, снова помогая девушкам очищать картошку, делает с ни­ ми один круг, другой, третий. Он уже надышался пылью, ему уже хочет­ ся чихать и кашлять, на зубах чувствуется песок, но так притягивает к себе поток на транспортере, так радостно с высоты комбайна озирать огромное поле, на котором, наконец, кипит работа, что на землю спу­ скаться не хочется. Так бы ездил и ездил, лихо отбрасывал бы комья и траву, кричал бы что-то веселое вот этой высокой девчонке с поблески­ вающими из-под платочка большими карими глазами. Воздух, даже и с пылью, все равно здоровый, ядреный, осенний; день, хотя и не солнечный, однако же и не мрачный; вдали, за желтеющими березовыми рощами, виднеются хлебные поля, где тоже вовсю кипит уборочная страда. А ес­ ли посмотришь в другую сторону, то увидишь деревню, за деревней, среди зеленых еще камышей поблескивает синеватое зеркало озера, а за озе­ ром — тоже грива с ползающими по ней комбайнами и грузовиками; про­ стор, приволье, ветер, пахнущий землей и хлебом! Механик Кирилл, сдвинув танковый шлем на затылок, неторопливо ведет комбайн вдоль длинных картофельных грядок, его помощник Сл а ­ ва, орудуя рычагами, открывает и закрывает бункер, когда подъезжа­ ет трактор с прицепом; регулирует глубину вспашки, а в перерывах то­ же смотрит на ползущий транспортер и на быстрые руки девчат, улы­ бается. Хорошо. Не надо никого уговаривать, подгонять, агитировать, груп­ пы рванули не на шутку, ни тебе затяжных перекуров, ни бесконечных вопросов «Скоро ли домой?». Всем и так ясно: как только встретятся, сольются участки, выкопанные группами и комбайном, так и конец кар­ тошке! И чтобы приблизить этот момент, копай и копай, не разгибаясь, копай и копай. Поздно вечером, после ужина и подсчета (вместе с заведующей сто­ ловой) денег, проеденных за день, Смирнов отправился к весовщику. В будочке весовщика он застал бригадира. Дмитрий Прокопьевич, как всегда, был чуть-чуть «под этим делом», как всегда с красным ли­ цом и в шапке: одно ухо — воинственно вверх, другое — квело вниз. Ве­ совщик, сплюсовав длинные столбцы чисел, косо набросанных на специ­ альном листочке бумаги с надписью «картош», прикинул на счетах и на­ звал итоговую цифру. Получалось, что сегодня сдано в три с лишним раза больше, чем в любой другой день до «реформы». — Ну вот, Дмитрий Прокопьевич,— улыбнулся Смирнов,— а вы нас все ругаете... Ругаю, усмехнулся бригадир.— Тебя-то ни разу еще не ругал. Это того, который до тебя...— Они вышли вместе из освещенной будоч­ ки весовщика в темноту, и бригадир договорил: — Тот злой был, ух, злой!.. Бригадир помолчал. Так вроде бы и вежливый, все на «вы», все по имени-отчеству, но я-то его насквозь видел... Не любил он, ох, не любил нас, деревенских... Все меня подначивал, все с подковырочкой, с насмешкой... То ему подай, другое подай. Горло тебе перегрызет, ежели что ему надо, а ежели от него, ежели работы какой следует требуешь — не больно-то... Удобно чтоб было и спать, и сытно есть, вынь да положь, а чтоб картошку поживей копали — этого нет... Смирнов Luai ал рядом, слушал и ловил себя на том, что ему прият­ но, что бригадир говорит об Алексее Григорьевиче такое. Этим самым бригадир автоматически как бы признает, что он-то, Смирнов, не такой... Смирнов стыдил себя: «Нехорошо, нехорошо — о твоем коллеге говорят плохое, а ты не г, чтобы защитить, так еще и удовольствие испыты