Сибирские огни, 1967, № 10

ИСКУССТВО ЛАРИСА СНИТКО Певец Сибири П уть в искусство у Георгия Ивановича Гуркина был не совсем обычен. Алтаец по национальности, родившийся среди людей, далеких от искусства, он ра­ но почувствовал тягу к творчеству. Тай­ ком от отца мальчик бегал в иконописную мастерскую, единственное место, где учи­ лись рисовать, и с жадностью смотрел, как на чистом листе бумаги каким-то чудом возникают изображения людей. Руководи­ тель мастерской, заметив любовь Григория к художеству, стал разрешать ему рисо­ вать анатомические элементы: глаза, нос, руки. А дома, прячась от домашних, маль­ чик увлеченно рисовал фигурки людей и це­ лые сценки. Отец, желавший видеть своего сына шорником, рвал рисунки, запрещал посещать иконописную мастерскую. Однако это не остановило Григория, любовь к краскам победила все. Учеба в иконописной мастерской с. Улалы (ныне г. Горно-Ал­ тайск), кратковременная работа учителем в с. Паспаул, затем учеба и работа в ико­ нописной мастерской г. Бийска были пер­ выми шагами алтайца в этой области. Познакомившийся с ним в это время студент Певческой Капеллы Андрей Викто­ рович Анохин, будущий этнограф, компози­ тор и педагог, так вспоминал о Гуркине: «Григорий Иванович всегда носил с собой папку и карандаш и пользовался всяким моментом, чтобы зарисовать что-нибудь с натуры». Мечта целиком отдаться живописи все более крепла, и осенью '1897 года Гуркин вместе с Анохицым отправился на пере­ кладных до Томска, а оттуда, заручившись некоторыми рекомендациями, в Петер­ бург. Северная столица встретила живописца неприветливо. Однако его рисунки были одобрены Шишкиным, и это решило судьбу Гуркина: он не был принят в Академию Ху­ дожеств, но стал заниматься в мастерской выдающегося русского художника. За зиму 1897 года Гуркин освоил ос­ новные понятия перспективы, композиции, технических приемов живописи и рисунка. Шишкин часто повторял: «Главный учи­ тель —работа. Вот тебе кисть, вот холст и краски... Учись». Гуркину не пришлось тратить много времени на поиски «самого себя»: уже в то время его властно тянула природа родных мест с ее непролазной тайгой, бурными реками и валунами. Подготовка" у Шишкина помогла Гур­ кину стать вольнослушателем по классу живописи профессора Академии Художеств А. А. Киселева, одного из немногих живо­ писцев горного пейзажа. Пошли годы уче­ бы... В 1905 году Гуркин возвращается на Алтай, и с этих лор вся его жизнь и твор­ чество связаны с родным краем. Уже на открывшейся в 1907 году в Томске худо­ жественной выставке экспонируется 19 кар­ тин, 200 этюдов и около 100 рисунков Гур­ кина, свидетельствующих об упорном труде художника. Ведущим жанром в его твор­ честве становится пейзаж. Стремительные реки, тихие и глубокие озера, душистые леса в разные моменты дня и в разные времена года... Горное озе­ ро с зеркальной поверхностью («Озеро в Лаже»)... Прихотливо извивающаяся среди валунов маленькая речушка («Река Ул»)... Могучий и молчаливый седой Хан-Алтай, вечную тишину которого нарушает лишь скользящее облачко да орел —царь-пти­ ца... А вот бурно катит свои рыжеватые воды неугомонная красавица Катунь («Река Катунь», «Катунь освобождается ото льда», «Вечерние тени»)... Целая сюита великолепных горных пейзажей, картины величавой девственной природы Алтая при­ влекают внимание и новизной темы, и серь­ езным живописным ее решением. Интересны были рисунки и живописные этюды Гуркина, отразившие быт алтайцев 159

RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2