Сибирские огни, 1959, № 3

знал, что в ней живет Пухарев и писатель какой-то. Сунулся — и нос в нос столкнулся с Еленой. Делать ничего не оставалось, как изобразить на лице вынужденную улыбку и чем-то оправдать неожиданный визит. — Мать тебя с утра ищет, — сказал он Елене, стараясь придать го­ лосу дружелюбный оттенок. — Вроде внучонку нездоровится... А у самого промелькнуло: «То к себе мужиков водит, то к ним бе­ гает». Пухарев занимался макетом гидрошахты и, видимо, перед приходом Дедова, что-то объяснял Елене Петровне. Иван Семенович брился. — Я по пути к вам... Иду мимо и думаю: что это за гидрошахту че­ ловек собирается строить? Разговоров о ней много, — не совсем удачно объяснил Петр Иванович Пухареву. — Вот и захотелось мне эту штуку поглядеть, — продолжал Петр Иванович, указывая на макет. — Пожалуйста! — охотно отозвался Михаил Терентьевич, которому подобные объяснения всегда доставляли большое удовольствие, потому что оттачивали, углубляли основную идею, а порой помогали находить усовершенствование. Со свойственной способностью мечтать-фантазировать Пухарев рас­ крыл перед Дедовым все, на что способна гидравлическая добыча угля. На первых порах Дедов удивлялся и сокрушался, чтобы не показаться невнимательным, но потом и не заметил, где оставил притворство, увлек­ ся рассказом инженера по-настоящему... По сравнению с обыкновенными шахтами поверхность гидрошахты выглядит необычно: над ней отсутствует копер с подъемником. У шахты нет ствола. Здесь они не нужны. Здесь вода вытеснила уголь­ ные комбайны, врубовые машины, отбойные молотки, электровозы, от­ каточные пути, вагонетки — вытеснила все огромное хозяйство. Вода дробит пласт и транспортирует уголь на-гора. — Загляните в забой, скажем, «Кировской», — говорил Пухарев. — Вы там увидите комбайнера, его помощника, до пятнадцати навалоот­ бойщиков и крепильщиков, трех-четырех запальщиков, сумконосов. При­ бавьте к этому людей, обслуживающих транспортировку. Там не обой­ тись без посадчиков, перестановщиков конвейеров, мотористов транспор­ теров, люковых. У нас же в один очистной забой будут входить всего шесть человек — гидромониторшик и его помощник, машинист дробил­ ки, машинист участкового углесоса, машинист центрального гидроподъ­ емника и один лесодоставщик. Обратите внимание, за исключением пос­ леднего, они все машинисты — высококвалифицированные рабочие. Они совершенно не притрагиваются руками к углю. Стоимость угля, добытого ими, дешевле в три раза. Скорость продвигания очистного забоя — до пятнадцати метров в смену. Только в одном, наверно, мы не экономны — больше потребляем электроэнергии. Но я думаю, и этот недостаток со временем устранится. Воду, которая отбивает и транспортирует уголь, мы заставим одновременно давать нам и электроэнергию... — Я вас, Петр Иванович, приглашаю в гидрошахту, — продолжал Пухарев. — Пойдемте. Вот видите железобетонный ходок, мы вошли в него. Свет наших лампочек освещает просторный, чистый коридор. Идем. Первое время нас с вами поражает необычайная тишина. Затем постепенно начинает нарастать шумок. Сворачиваем в штрек, который у горняков принято называть конвейерным, и вдруг навстречу — бурный поток. В нем, шурша, перекатываются куски угля. Смесь воды с углем называется пульпой. По руслу-желобу пульпа самотеком под уклон про­ ходит здесь, через дробилку, к участковым углесосам, от них сюда, к центральному гидроподъемнику. Дальше мы поднимаемся по разрезной печи. Это один из забоев гидрошахты. Впереди то вспыхивает, то гаснет свет. Слышим то глуховатый, то резкий звук, словно кто-то разрывает куски крепкой материи. Такой звук создает вырывающаяся из гидромони­