Сибирские огни, 1959, № 3

— Нет уж, картошку им чистить я не дам, — запротестовал Колька. — Покажи, говорю. Колька достал нож. — Вот он. Знаешь, какой острый! Тетка Аксинья поднесла нож ближе к лучине и пристально оглядела со всех сторон. Потом стала развязывать грязную, промасленную тряпку на ручке. — Не надо, мам. Ее потом не намотаешь так ловко. Но мать не ответила, продолжая разбинтовывать нож. Тряпка ссох­ лась и слиплась, поэтому раскручивалась с потрескиванием. — Да зачем ты портишь нож,— возмутился Колька. Он забыл уже про свои слезы. — Зачем-зачем... А может, под тряпкой-тофамилия того самого разбойника значится. Может, он ради ножа тебя и тискал. — Видя не­ доумевающий взгляд сына, добавила: — А чего? Пронюхал, что он у тебя, ну и спробовал отнять. Тряпочка упала на пол. Тетка Аксинья склонилась ниже. Колька то­ же сунул голову. При слабом желтом свете лучины они разом разгляде­ ли слово «ТИМ», нацарапанное на черной рукоятке. Нелепые, но четкие буквы стояли не рядом, а с разрядкой: «Т И М». Колька удивился: — И правда, фамилия. Тим. По-каковски это? — По-русски. — В деревне у нас Тимов нету. Тетка Аксинья задумалась, потом снова посмотрела на нож, повто­ рила: — Тим. — Вздохнула. — Холера его знает... Ну, вот что, сынка, ло­ жись спать. Мы сыщем этого баламута. Я завтра Дарье покажу вашу трофею... Погоди-ка, поверни, рожу-то ко мне... Ишь, как ссадил, —она наслюнявила кромку подола и принялась счищать грязь с царапин. — Терпи-терпи. Колька терпел. Он только морщился и цедил сквозь зубы воздух... Меня оглушил Колькин рассказ. Мама ничего не сказала и, задум­ чивая, отошла. Я оглядел ссадины на Колькином неожиданно чистом лице и ясно представил, как он растянулся на земле и как огромный человек, словно медведь, навалился на Кольку и принялся холодными руками, как щу­ пальцами, лазить по его телу. Мне стало страшно. История Хромушки, успевшая притонуть в памяти, всплыла теперь и тяжело заполнила вооб­ ражение. Темная неподвижная фигура, застрявшая в тальнике, вдруг ожила, и я отчетливо представил, как она притаилась уже не в зарос­ лях, а за углом амбара, чтобы ничего не подозревающего Кольку сбить с ног. Я даже увидел его костистые скрюченные пальцы... Откуда же этот зловещий человек, и что ему нужно от нас? * — Мамка сказала, что это кто-то из наших, деревенских, — накло­ няясь ко мне, шепотом произнес Колька. — Как же из наших, когда все кругом знакомые? — А я почем знаю. — Не может быть! Не может быть, да и все! Под окном щелкнул бич, и раздался Петькин свист-шипение. Мы выскочили на улицу, и Колька прямо с крыльца крикнул, что он знает тайну. В это время хлопнула дверь Кожиных. — Вить, скорей сюда! — позвал я. А Колька, размахивая руками, уже, обрисовывал ночное нападение.