Сибирские огни, 1947, № 2

Тогда с восходом красоты, Исполненной великой мощи, Заря упала с высоты, На золотеющие рощи. * * * Ни гость, ни какой-то прохожий — Когда-то я здесь вырастал. Чем дальше мы шли. тем дороЖе Мне были родные места. Мы шли на крутые отроги, Мы шли по долине, и нас На пыльной, широкой дороге Шумливый догнал тарантас. «Садитесь!.. На свадьбе на вашей Вина с медовухой попьем. В бригаду веди его, Маша, Не бойся, не отобьем». «Я на горушке стояла, Я Егорушку ждала. Гарнитуровым платочком Я поманивала. Молодого, удалого Я приманивала. Прилетели наши гуси, Гуси серенькие. Возмутили гуси воду, Воду светленькую. Помутили мое сердце, Сердце девичье. Зачерпнула я ведерком Воду мутную. Понесла я свою долю, Долю трудную. Понесла я свое горе. Горе горькое». Мне больно и страшно обидно, Что в тесном кругу среди них,' Как преЖде бывало, не видно Соперников гордых моих. Я в жизни моей необычной Себя не старался спасти. Прости меня, друг закадычный, Хороший товарищ, прости. За то, что любовью украшен, За то, что со мною Она, За самые полные чаши Испитого мною вина... * * * Душою и телом упрочась, Друзей потерявши своих, Мы встретили снова, как почесть, Работу и жизнь за двоих. И, моЖет быть, на поклоненье Немеркнущим тем именам, Другое придет поколенье — Оно позавидует нам. С пылью на лапчатых шинах. Все довоенной поры. Грузные автомашины Мчались на гребень горы. Словно узор рисовали На подороЖной пыли. Вырвались, побуксовали И потерялись вдали. От молотильной бригады, Автомашинам вдогон, Пестрая шла кавалькада, Пересекая загон. * * * Красавицы двурогие Домой везут воза, Полуприкрыв широкие Печальные глаза. Трава густая снится им, Зеленая скользит, За темными ресницами, За длинными. Вблизи — Спокойная, вся белая. Раскланялась со мной. Мол, видите, что делаю — Приходится самой. Что трудности имеются, Понятно даже ей. Мол, время ли надеяться Теперь на лошадей? Работа напряженная! При деле при таком, Она и запряженная Все пахнет молоком. * * * Казалось мне, что воздух пашен Меня овеял к омыл. Я чище сделался и даже Еще влюбленнее, чем был. Смотрю на мир, такой бескрайный Покрытый дымкою слегка, На приближение комбайна, Идущего издалека. Ему легко, ему просторно, Он чувствует земную дрожь. Волнуясь, перед ним покорно Склоняется густая рожь. Он движется все торопливей. Врезаясь в голубой проем. Он тонет в золотом заливе — Необычайным кораблем. # * * Неповторимо светлый час Останется навеки с нами. Колхозницы, завидев нас, Махали пестрыми платками. Навстречу нам через поток Высокой рЖи, в простой кофтенке. Бежала, потеряв платок, Моя чумазая сестренка. * * * 41