Сибирские огни, 1936, № 5
в Шм1№111м11№ш11ит]т1111шшп1111ти11т1н1)тпш11пш11шт1пт1ш1пшп1вя1яппп1шшп1п11шпптш1п1!!нпшп0г11 д . б е с с о н с ж и сроду чужими руками жар не загре бал. Откуда выдумал? Говори! — В другом месте об этом поговорим. Ваня молча надел шапку и вышел из сельсовета. — Откуда? Как? Почему? — путались мысли. — Не потому ли, что против Дун* дина и секретаря сельсовета выступил за растраченные казенные деньги? IV — Залез я в траву, выследил куро пачье гнездо. Цыплята большие, шапкой хотел поймать. Только нацелился — куро патка пырх-х-х! Я за тем, за этим и нет т одного, — растопырив руки, шарахал ся по избе Ермила Ганмпин. — Про что намекаешь? — спросил Фе досей Уткин. — А вот! — Ермил опустился прямо на под, поджав под себя ноги. — Кину лись за мужиком, а мужику свобода, что брильянт барыне. Мужик возьми и пырх-х-х в разные стороны! Смекаешь? В колхоз-то и некого загонять... — Кто ж гонит? — Федосей ткнул пальцем в грудь Ермила. — Тебе о поль зе толкуют. Две лошади пашут или шесть десят? Где спорее? У нас в колхозе. Тебе /одному трактор не завести, а колхозу мож- рно. В любом деле сила. А ты что? Моль, таракашка! — Положим, к таракашке не приравня ешь, — обиделся Ермил. • — Ну, где ж газета, ппсыю? Читать надо, — вспомнил кто-то из собравшихся. — Забыл, — забеспокоился Федосей,— .забыл. Грамотея к столу! — Тереха, выходи! К столу подошел Тереха Кравцов, кол хозный кузнец, заросший рыжеватой ще тиной. — Скажи прежде, по какому случаю письмо?.. Верно ли, что к нам, а то, мо жет, к рабочему классу? — допытывался Прохор Мотня. — К середнякам есть? — Всем до чиста! — Читай! I Кравцов начал читать первые строки об ращения. Читал он раздельно, медленно. Слушатели несколько раз останавливали его, просили повторить непонятное. Про хор, сидевший у порога на полу, ковырял ногтями кожу на пожелтевших пальцах, вскидывал глаза на Ермила и думал: — Добрая лее у Егора Брагина пше ничка. От хлебозаготовок. Всем бы так! Кончил кузнец, передохнул. — Какой же это с’езд будет происхо дить? — Шестой с’езд советов!. Во! — встал почему-то Федосей во весь свой здоровен ный рост. — Вот про кулаков в совете пишут. А как йх определишь? Не мечены! Всю де ревню наперечет с пеленок знаешь! — Ну, положим так! — начал опять Прохор. — Теперь скажи, вот ежели я не пойду в колхоз, что мне сделают? Федосей не знал, как ответить, ц заду мался. Но чутье подсказало: — Ежели ты не кулак отпетый, сам ■ пойдешь. Не сейчас, немного погодя. Про ситься станешь. Сейчас вы за гнилье дер житесь, за свою землю, а кто у нас ее отберет? В наших руках и останется, в своих домах живем же. Только труд об щий, лошади, инвентарь. Опять не кто- нибудь хозяин, а мы. Разбогатеем, амбар такой построим. Конюшню!.. — В трубу летите и других за собой тянете! — прокричал Проход и оглянул ся, в поисках поддержки. Но все сидели, опустив головы, решая какие-то свои во просы. — Не желаю и другим заказываю!— закончил он озлобленно. Никто не ответил. Только Потапенко Нефед протянул Федосею бумажку: — На! Отдай туда, в правление! — Я да вот Бездеткин Степан желаем к вам... Пусть не беспокоятся — хлеб по совести свезем. Прохор готов был рвануться к обоим, но сдержался. Скрипнул зубами, вышел на улицу. Безлюдье. В конторе колхоза горел огонь. Прохор подошел вплотную к свету. При тих. Посмотрел кругом, сжал в руке пол бутылку, только вчера полученную от Его ра Брагина. Звякнули стекла. Свет погас. Прохор бросился бежать* к себе, на окраину се ла... В разбитое окно рванулся холод. — Подлецы! — выругался счетовод, шаря руками по столу. Коптилку нашли на полу. Под ногами хрустели осколки стекла. Подбирая их, Веревкин наткнулся на клочок бумажки.
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2