Сибирские огни, 1928, № 6

IX. Тимофей прочитал рукопись и с усмешкой положил ее обратно в ящик письменного стола. — Теперь так. Радиограммы Козицына, принятые радиостанциями о-ва Диксона и Мат- шара, на следующий день становятся известными «всему миру». Выясняется, что Ларсен—давнишний друг знаменитого- норвежского путешественника и ученого, скажем—профессора Янсона. Профессор Янсон первый снаряжает спасательную экспедицию. Он вылетает на самолете и пропадает без вести. Сенсация. Газеты кричат. Все государства посылают суда в Полярное море. Мир об’ят спортивной спасательной лихорадкой. Чья -вожмет? Наконец, «Ко­ митет спасения», организованный в Москве, посылает свой мощнейший ледо­ кол, с гидропланами и знаменитыми летчиками на борту. Кинематографически это выйдет так .------- 1. Печонкин на льдине, рядом с трупом Козицына. 2. Ряд судов, -всевозможных типов, под флагами многочисленных госу­ дарств, плывут в море в одном направлении. 3. Карта, на которой отмечена точка, где сидит- Печонкин. 4. Ледокол движется во льдах. 5. Рычага огромных машин в действии. 6. Кочегары бросают уголь в топки. 7. Диаграмма, показывающая, сколько тонн угля жрет ледокол. 8. Стальной нос ледокола прокладывает путь в ледяном поле. 9. Дым валит из труб. 10. Ветер срывает дым и мчит его почти горизонтально. 11. Палуба. Несущие поверхности самолета раскачивает шторм. 12. Льды громоздятся друг- на друга. 13. Люди коченеющими руками держут металлические крылья. 14. Самолет в разведке. 15. Ледяной шторм. 16. Вынужденная посадка. 17. Летчики гибнут. 18. Печонкин доедает Козицына. 19. Ледокол движется во льдах, вперед... Здесь надо вставить, где-нибудь, диаграмму, показывающую сколько миллионов истрачено на спасение Печонкина и сколько превосходно обору­ дованных шхун, гораздо лучших, чем «Метель», можно было бы во-время послать на промыслы. И, наконец, апофеоз.—Летчик Чухновский спасает Печонкина. Спасен­ ного ведут под руки. «Ура! Да здравствует Красин», кричит он. Щелкают затворы зеркалок. Печонкин об’ясняет, что из всего экипажа «Метели» остал­ ся он один. Экспедицию можно считать законченной. — Как ваша фамилия?—спросил командир. — Стружкин,—ответил Печонкин. Скоро бородатый портрет «товарища Стружкина» появился во всех газетах и иллюстрированных журналах. Борода спасла Печонкина. В ГПУ его не узнали. —- Чем кончить этот рассказ? Я думаю так. Ледокол возвращается. Торжественная встреча. Банкет в ресторане «Европейской гостиницы». За Печонкивым ухаживают. Печонкин напивается. Он начинает бредить. И участники экспедиции в страхе отодвигаются от него, боясь вслух повто­ рить возникающие у всех догадки...