Сибирские огни, 1928, № 6

Девочка потупилась и чуть слышным, глухим голосом ответила: — Я эту не умею... — Э, штаб вас хвороба забрала! Выдумали каку-то черну немочь,—сердилась хозяйка. Костя заиграл вальс—«На сопках Манчжурии».—Сунцов подхватил босоногую девочку—она приходилась ему до пояса и Сунцову пришлось сильно сгибаться, чтобы подладиться к своей паре. А хозяйка, глядя на них, шептала Василию: Вишь, как вальцы-то разводит, кабы на работу такая была, а. то самовар не может поднять... Думат за младшего попасть, да не придется! У меня парни—со­ колы! Нн один охулки на руку не положит, а это чо,—кикимора, прости господи!.. А уже мужиков без шшоту поимела. Из детского дома с шахтером убежала... Так, по- забавляется Маркелка поколь, а там... Утром Медведев и Яхонтов лежали на полу, на подостланных дохах. Отрывки разговоров доносились до них четко. На кухне, слезливо по-детски, ссорились Маркелко с прислугой, а за переборкой на кровати, покашливая, говорила хозяйка: — Вишь налакались вчера! Еграха-то прямо тяти с мамой не кличет. Как ка­ мень ко дну—в постель свалился... А коммунист военной-то пьет, как воду, и только краснеет... — Вот все они так ездят сюда, сволочи!—заметил мужской голос. — А наблевад-то Еграха, продохнуть нельзя, штаб его разорвало! Василий толкнул Яхонтова; — Вставай, ехать пора! Василии еще с вечера узнал от ямщиков, что они везли хлеб на Боровое, но Сунцов перехватил их здесь, и назначил цену выше. Скрепя половицами он вышел на вторую половину. Яхонтов услышал его гром­ кий, немного осипший голос: — Ах ты, клоп, растак твою! Я те покажу, как мучить девчонку! Што ты ее скоблишь, совиная рожа! Вишь ты, муж об’явился—молоко на губах не обсохло?!. Затем Василий долго говорил с ямщиками, но Яхонтов не мог понять, о чем шел разговор. На дворе сыпались мокрые снежинки. Пихтачи, как подстреленные птицы, рас­ пустили свои намокшие крылья-ветви и тихо шумели. Тайга подернулась темным и те­ плым мороком. Больной Яхонтов свалился в сани. Его глаза слипались, точно ресницы их были намазаны густым клеем. — Экой же, братец, ты не сноровый!—сказал смеясь Василий.—Не привык еще к пролетарской обстановке... А ведь сколько лет здесь болтается. Держись за от- водину, а то вытряхнешься! Кошовка раскатывалась из стороны в сторону, постукивая отводннамп о корни деревьев. -— Вот видишь,—заговорил снова Василий,—как дела-то делаются? Сунцов опит теперь, как сукин сын, а хлеб повезли нам! Голос Василия звучал возбужденно. —• Эй ты, ворона, правь как следует и погоняй!—крикнул он Лямке. — Чево говорите?—отозвался тот, оборачиваясь. Голос Лямки напоминал крик таежной птицы. — Шевели своих нроиастин!.. Говорите,—дразнился Василий.—Китайцы на бы­ ках скорее ездят, старый ты чорт!