Пролетарские побеги, 1922, № 2

У Копки умер отец от холеры. Только переехали из деревни в город, он на новоселье захворал и умер—даже поработать не пришлось. Н а другой день утром приехали какие то люди, в белых халатах, положили отца на крашенные дроги, увезли, а Копку в детский дом отпра­ вили. В ограде, куда привели Рчопку, было много детей: мальчики и де­ вочки. все одинаковые—серенькие, и игры у них одинаковые, как по казалось Копке. Обступили Копку со всех сторон, разглядывают, а господин в очках, который привел Копку, гладит их по головам—то то того, то другого и мягко, ласково так говорит: — Вот вам еще один товарищ, его зовут Копкой, вы его не оби- жа й т е—он сирота, отец у него умер. ., А сам стеклянными глазами по­ блескивает. — Ты, Копка, подожди здесь, а ■я сейчас бабушку позову, она тебя в бане вымоет белье чистое наденет, тогда играть с ними будешь. И завихлялся черный и длинный ио песчанной дорожке к дверям дома, большого, на школу похожего. А мальчики—какие побойчей под­ ходят, рубаху пестрядинную Коп- кину щупают. , . — Жесткая какая. . . Ух... колится, должно быть? Копке смешно. Скривил пот­ рескавшиеся губы в улыбку. — Че рубаха—то? Ну-у!. Креп ­ кая зато. Вша если какая заведется, али блоха дерганешь раза, и кры­ шка. „ кишки из ее вон . . Ребятишки засмеялись , девочки сзади шепчутся: — Смешной какой. . . — А ты почему не стриженный? Вон какие волосы отростил—снова спрашивают мальчики, Кепка посмотрел на их коротко стриженные головы. — А эдак та разе лучше, как вы? ровно каргызяты бритолобы, . . — У нас тут всех так стригут. . . и тебя тоже. . . — Ну у... я не д ам с я . .

RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2