Алтайские героические сказания. Очи-Бала, Кан-Алтын - 1997. (Т. 15).

2510 2515 2520 2525 2530 127Вар. 2515- На золотом своем шоре стал играть, За шестьдесят лет перевалило, К семидесяти годам приближалось. Теперь, опамятев, увидел: У коня шерсть сквозь потник проросла, [У* самого] волосы сквозь шапку проросли. "И игранью есть предел, — говорит [Кан-Алтын], — И игранью есть мера. Отец мой! Как долго Я [на шоре] играл, оказывается, — говорит. — Вскормленный белый скот мой Птица [в клюве] зажав, В Верхний мир, как знать, не улетела ли? — говорит. — Червь, прихватив, В Нижний мир, как знать, не уполз ли? — говорит12^ — Не пора ли мне возвращаться?" — говоря, Черную бобровую шапку сняв, Ак-Сюмеру, отцу -ахтаю своему, кланяется, Ак-Сют[-озеру], матери-ллтяяю своей, кланяется. Белый песок [священной горы] лижет, Из Ак-Сют-озера пьет, Черную бобровую шапку На голову поглубже надевает — Гребень [на шапке] его как грива коня-четырехлетки, На двух лопатках [его] подгибается. Выдернув [из земли] плеть с острыми зубцами, Петлю ее на запястье сдвигает. В узорчатое стремя, Оттягивая [его], ступает. В двукрылое бронзовое седло [Лишь бы] медный его шор с семью суставами, [Лишь бы] золотой его шор с шестью суставами Отобрал — и довольно", — говорит. I, ст. 3082—3088 ■2519: "На белый скот мой вскормленный Волк, твердый хвост свой вытянув, Не набросился ли? — говорит. — На мой народ-опору Мечи и сабли с красными рукоятками направив, Войско не напало ли?" — говорит.