Бабаев Н. С., Кавалеры золотых звезд. Военачальники, ученые, конструкторы, лидеры - 2001 (Отчизны верные сыны)

пил бы в этом случае совсем иначе», — «оша­ рашивал» порой он своего собеседника. В дру­ гой раз упоминал Понтия Пилата, и молодые люди узнавали о романе Булгакова. Литератур­ ные образы таились в глубинах его памяти и, как будто всплывая в нужный момент, очень оживляли беседы с ним. А коллегам было особенно интересно на­ блюдать за дискуссией двух светил — Зельдо­ вича и Сахарова. Объединял их острый ум и громадная научная интуиция. Взаимные воп­ росы стимулировали работу их мысли, они быстро схватывали суть процессов, и мало кто успевал следить за ходом их рассуждений. В своих «Воспоминаниях» А.Д. Сахаров подчеркивает огромную роль, которую сыгра­ ло в его научной деятельности сближение с Зельдовичем и та поддержка, которая была ока­ зана ему, тогда еще молодому ученому, как на самом раннем этапе освоения «специальности», так и в последующие годы, связанные с пробле­ мами элементарных частиц, гравитации и кос­ мологии. В свою очередь, Зельдович восхищал­ ся талантом Андрея Дмитриевича, всегда исключительно бережно и трепетно относился к нему. Нисколько не нарушили такое отноше­ ние академические выборы 1953 года, когда Яков Борисович не был избран академиком, а Сахаров, по его воспоминаниям, будучи из­ бранным, был поставлен в неловкое положение. При обсуждении вопросов физики элемен­ тарных частиц Яков Борисович мог воспользо­ ваться аналогией с тонкими эффектами из тео­ рии горения или статической физики. По поводу его энциклопедичности знаменитый физик Сти­ вен Хокинг сказал: «Я думал, что Зельдович — это большая группа советских физиков, напо­ добие Бурбаки». Дело в том, что Бурбаки — это сообщество замечательных французских мате­ матиков, которые публиковали свои труды под общим псевдонимом. А сама фамилия Бурбаки принадлежала французскому генералу времен франко-прусской войны... Выходит, один Зель­ дович стоил многих физиков. Для Зельдовича не было, кажется, ни од­ ной задачи, ответ на которую он не находил бы буквально в считанные минуты. Для моло­ дых теоретиков это было блестящим примером. Доктор технических наук С.А. Кучай, долгие годы работавший в Арзамасе-16 с Зельдовичем, Осмысление пройденного. Я.Б. Зельдович. Москва, 19НО- е гг. вспоминал такой случай: «Пока докладчик П. выполнял преобразования на доске, ЯБ сделал их в уме и подсказал результат. «Яков Борисо­ вич, — взмолился докладчик, — я не умею ду­ мать так быстро!» «Первые двадцать лег я тоже не умел, — честно признался ЯБ, — потом на­ учился». В яркий солнечный день 1953 года на доске в кабинете Я.Б. Зельдовича появились стихи, автор которых так и остался неизвестен: В сей комнате, естественным светилом освещенной, Сидит светило всех естественных наук Зельдович Яша, м уж зело ученый. Но если бы сю да вошло естественно светило, Оно б светило всех естественных наук, Естественно б, спалило. А посему, пусть всякий будет рад , Что S его мало в сравненье с R квадрат.