1905 год в Сибири_1925

Об аграрных движениях 1905-х годов на Алтае. Российское* крестьянство в революционные 1905-е годы выступило в исторической роли мстителя ненавистного ему помещичьего строя. Сибирь, тогда далекая колония, продолжавшая еще заселяться вольны­ ми земледельцами, бежавшими сюда-от российского земельного утеснения, не пережила ярких моментов, но в одном ее месте, на так называемом Алтае, ре­ волюция 1905-х годов явилась доподлинной аграрной революцией. И к этому были причины, так как здесь тоже существовала вотчи-нгц крупнейшая из когда-либо существовавших в мире. 40 миллионов десятин, от г. Томска до гра­ ниц Монголии и от ^ргизских заиртышских степей до горного хребта Куз­ нецкий Алатау, составлял и собственность царя. Вотчина называлась Алтай­ ским округом и была подчинена особому учреждению—Кабинету. В течение полутора веков почти все население этого Края было закре­ пощено на алтайских горных заводах, доставлявших Кабинету тысячи пудов свинца, серебра, золота, меди, чугуна. С 1861 г. это тягчайшее крепостное право пало. Горные заводы начали закрываться, и к 1900-м годам от былого* алтайского горного дела, составив­ шего Алтайскому ок ту славу «жемчужины», остались воспоминания о полу­ торавековом рабстве. ‘Кабинет стал извлекать из богатого края нужные царю доходы уже с земли и леса. Бывшее заводское население было обложено обро­ ком, дававшем Кабинету свыше 1.500.000 руб. в год. Доход с лесов доходил до 1.000.000 руб. Но Алтайский край был обилен землей, и на простор его полей, в его-, леса, на его реки бросались новые засельщики из-за Урала. Голодовки 1880 и 1890 х голов в Европейской части России, проложение r 1894-96 г.г. Сибир­ ского железнодорожного пути—все это выбросило на Алтай огромные пере-' селенческие потоки, которые здесь оседали и вместе о навыками всех россий­ ских губерний принесли сюда и свою вековую ненависть к помещичьему строю. Легендарные рассказы о привольи Алтая, уверенность найти здесь и зе­ млю и лес встретили нечто другое. Конечно, это другое было> далеко от поме­ щичьего утеснения на оставленной родине, но земля оказалась или кре­ стьянской (старожилов) или кабинетской, а леса считались собственностью только Кабинета, и ожидаемой свободной рубки новые пришельцы не нашли. А если '/иесть, что эта переселенческая масса двигалась сюда неудержимо и ви­ доизменила весь состав коренного (вернее, более ранее осевшего) населения до неузнаваемости—от 75 до 90%,— то можно предвидеть, как глубоко раз-: 'вернулось и продолжало развертываться ее разочарование. Не всегда оно бы­ ло справедливо, но новые засельщики искали всяких поводов для недовольства,, а их было достаточно.