1905 год в Сибири_1925

можности удовлетворить выдвинутые митингом требования, дума будет рас­ пущена и вместо нее будет избран новый орган самоуправления. Все эти пред­ ложения были выдвинуты митингом стихийно. Горячие речи оратора, повтор ­ ные призывы к поголовному вооружению, сборы на вооружение, массовое предложение вступить в ряды милиции—все это поднимала настроение. И когда присутствующим на митинге каким-то военным врачом было предложе­ но пойти арестовать губернатора, тысячная толпа хлынула к выходу с крика­ ми: «арестовать», «убить». С большим трудом удалось председательствующе­ му сдержать стихию и предупредить страшную кровавую бойню: солдаты и казаки стояли наготове в казармах, расположенных вблизи дома губернатора. М и т и н г продолжался. Он перешел к страстным прениям по вопросу о создании органа, который заменил бы теперешнюю думу и мог бы взять на себя осуществление практических мероприятий, намечаемых на митингах, и в первую очередь организацию народной милиции. Но вскоре вопрос этот был отодвинут новым событием: в 5 часов вечера на митинг был доставлен полу­ ченный телеграфно текст манифеста 17-го октября. Весть о манифесте разнеслась быстро по городу. В разных местах театра стали появляться новые лица, до того не бывшие на митингах: расхрабрив­ шийся либерал-обыватель, профессура. Огласив манифест, председатель митинга произнес большую речь, в ко­ торой подверг манифест тщательному разбору. Он указал на то, что кажу­ щиеся свободы, какие манифест возвещает, об’явлены царским правительством только потому, что оно стоит сейчас перед лицом всеобщей политической за­ бастовки—началом всенародного восстания. Манифест—ловушка, маневр для получения передышки, чтобы, собравшись с силами, разделаться с восставшим народом, а затем взять назад все обещанные подачки. Председатель закончил свою речь призывом: манифесту не верить, а продолжать готовиться к даль­ нейшей борьбе с оружием в руках*). Некоторые другие ораторы тоже дали приблизительно такую же оценку манифесту. И в те дни среди бесконечного числа агентских телеграмм с разных концов России, рисующих картины мо­ лебствий и торжеств, вызванных возвещением свобод, резко выделялась те­ леграмма из Томска, гласящая: «манифест населением встречен холодно». На митинге, на котором присутствовала наиболее сознательная часть населения Томска, после манифеста громче чем когда-либо прозвучали призывы к во­ оруженному восстанию, которое одно только сможет своим победоносным шествием обеспечить завоевание той истинной свободы, которая не будет возвещена манифестами, а явится в итоге кровавой борьбы. Больше чем когда- либо в этот день поступило взносов на вооружение. Пепел закрытием митинга председатель напомнил присутствующим, что ровно десять месяцев тому назад погиб с красным знаменем в руках рабочий Иосиф Кононов. Он напомнил из прокламации «В венок убитому товарищу» следующие слова: «Он пал со знаменем в руках, под сенью которого рабочий класс песет обнов­ ление всему старому миру... Рабочий класс знает это. Он знает, что нигде в мире свобода ему не давалась, а везде была добыта им кровью и жертвами... Жертв уже положено много, жертвы еще будут, без жертв не обойтись». Обнажив головы, стояла шеститысячная масса под звуки похоронного марша. *) Указанная критика манифеста, а равно призыв к вооруженному восстанию легли в основу обвинения автора этих воспоминаний, когда он, по возвращении из эмиграции, судился в Томске в начале 1914 г. и был присужден к одивочному за­ ключению, которое отбыл в томской губернской тюрьме. Сборник «1905 год в Сибири». s