Забота родины о раненых бойцах_1941

нужно считать шагами. Она собирала все свои силы и дела­ ла еще шаг. Перед каждым шагом она собирала самые по­ следние силы. И ползла, ползла. Солнце поднялось высоко, палило. Иногда тихо и хрип­ ло раненый просил: «пить!». И один раз Елена увидела бро­ шенную во ржи фляжку с водой. Она осторожно положила на землю свою ношу, подползла к фляжке и попробовала во­ д у— не отравлена ли. Глотнула — и сдержала спазмы, что­ бы не сделать еще три — четыре глотка. Если бы выпить только полстакана! Нет, три — четыре ложки, — у нее не тряслись бы так колени, не стучало бы так в горле, груди, висках. Вода была чистая, хорошая. Он выпил ее. И поползли дальше. Потом на солнце, совсем рядом, как стеклышко, блеснула вода, залившая чей-то след. Елена наклонилась и жадно высосала мутную, грязную жидкость. Около санитарной палатки, когда больного осторожно приняли и унесли на кровать, она села на пенек, сказала: — Так устала, будто мне сто лет. Доктор, встречающий в санитарной полевой палатке тре­ тью войну, строго приказал: — Немедленно отдыхать. У вас черное лицо. — Нет. Там за кусточком наш человек лежит, — и она показала рукой туда, откуда слышался разноголосый гул орудий и небо было покрыто огневыми облаками. И она поползла туда. *** В грузовике было четверо тяжело раненых. Шофер — мо­ лодой, веселый парень учил Елену: — Пули летят около тебя, но ты будто абсолютно и совсем ничего не чуешь. Снаряды бомбят, — а ты будто ни­ чего не чуешь. Грузовик подвез санитарную машину к большому двух­ этажному дому, где нужно было оставить раненых, и оста­ новился. Девушка соскочила с грузовика. Шофер выключил 24