Плитченко А.И., Избранное-2000

Безбожно они голосили, Закашливаясь, Матерясь, Нетрезвой ногою месили Ночную кромешную грязь. Нестройный, какой-то кургузый Напев — наподобье мешка — С растрепой тащил кукурузой Подсолнух, черней наждака... О, как мне приятен ваш голос, Ваш страстный, породистый стон,— Изящный скопец гладиолус, Роскошный развратник пион,— Но сердцу Из тысячи пений Дороже, До боли родней — Кривых придорожных растений Корявые песни Корней! ВОРОНИЙ ВЕЧЕР Стая воронов села в деревья, И стволы, не умея летать, В глубину протолкнули коренья, Чтооы черные глыбы держать. Был весенний восторженный воздух Отодвинут дыханием птиц. И весенние шалые звезды Перед рощей попадали ниц. Над землей бесконечно витая, Сквозь века продирая крыла, Эта мрачная старая стая Невозвратные дни принесла, Принесла невозвратные думы,— Этот ворон — какие века! — Из ноги своей долбит угрюмо Наконечник стрелы Ермака. У того Пугачевским пожаром Опалило до остьев крыло... Роща полнится временем ярым, Набухает глаголами зло. Стая хриплым и криком и стоном Собирает, смущает живых, Но округа движеньем зеленым Не приемлет бессмертия их. Верит свежим, нетронутым, новым, Верит радостным и молодым, Верит ясным, весенним, здоровым, А не вечночернеющим им! И срываются черные мощи, С рваным криком уносятся прочь, И приходит в свободные рощи Долгожданная, добрая ночь... Мы — Деревья, и люди, и нивы — Не поднимем воронье перо, Мы Не кровию пролитой живы, А любовью И верой в добро! МИГ Александру РОМАНОВУ Или то непонятная сила, Или света и тени игра — Вдруг проглянет и юно, и мило Беспросветная эта пора — И расскажет спокойно и ясно, Что кричало рубцом ножевым, Погребенное — внове прекрасно — Преисполнится смыслом живым... Доброты, Пониманья, Участья, Жизнелюбия чистый родник, Долгожданного полного счастья — Нас в живых оставляющий — Миг! * * * О, небес немеркнущие вежды! Бешеная тайна вешних вод! Новый мир, вселяющий надежды, Что за нами лучшее грядет! Но вглядись в привычное движенье И уйми веселые слова — То живет и дышит отраженье, Но давно красавица мертва, И душа природы безъязычна — Так перекорежена она, Что теперь и клену безразлично, Где его истлеют семена... ТРАВА — Где мы встречались, трава? — Что ты, едва ли...