Плитченко А.И., Избранное-2000

П Е С Н Я О З А Й Ц Е Так — Заяц, бедный мой дружок, заяц, белый мой дружок, где ты бегал, где гулял? — Я побегал по лугам, я по лесу погулял. — А кого ж ты повстречал? — Я Михайлу повстречал, у Михайлы погостил, чаю с сахаром попил, уложил меня он спать на просторную кровать, волчью шубу подстелил лисьей шубою укрыл! КЫЫЛ (дикий олень) Толстобокий посреди долины мелким снег становится глубокий, низким длинный и широкоспинный... Для кыыла наступили сроки — с широко сопящими ноздрями, с глубоко глядящими глазами, с остро вознесенными рогами, с чутко навостренными ушами, со спиной подобною полянам, с тонким и упругим сильным станом, с каменным раздвоенным копытом, с гибкими суставами в коленях, — скрылся он, сегодня не ищи ты светлого голубчика-оленя. Свежею травою напитаться, силы жирной нагулять-набраться скрылся он на побережье моря, на луга зеленого простора, на поляны бабушки-владыки убежал олень-голубчик дикий!.. ПЕСНИ О ТРУДЕ Н А З Н А Ч Е Н И Е К О Н Н О Г О СКО Т А Пресветлый, вечный Белый Небожитель из чистого трехъярусного неба, с высокого сияющего свода отправил Дьесегея-Громобоя в срединную незыблемую землю, и двери в небе настежь отворяя, и опрокидывая все препоны, он наделил его бесценным даром, ведомым Громобоем в поводу. с мягкою, густою, ровной шерстью, с блестящею и белоснежной мастью, с быстролетяще — резвыми ногами, с мясистою и толстой, крепкой плотью, с пластами остро пахнущего сала, с живым дыханьем — множество коней, подобно стаям белым снегириным, согнав-собрав большими табунами туда, где солнце высоко восходит, — зеленые, широкие долины, срединную незыблемую землю отборными конями заселил. Тут — из деревьев самых лучших, крепких, притащенных из дебрей темнолесья, нарядную поставив загородку, дым расстелив от синих дымокуров, устроив пир кумысный изобильный, обосновали крупный скотный двор. Тут — люди половчей, порасторопней летяще-резвых жеребят поймали, узду в узоре бисерном надели, накинули на каждого из них. И вышла тут почтенная хозяйка, воспела восхваленье изобилью, от лучших кобылиц широкогривых, вниманьем ни одну не обделяя, запенившейся, белой благодати достаточно, обильно надоила; и под столбом стоящий деревянным — вместительный, большой, широкодонный с серебряной узорной горловиной сосуд из кожи полный налила; помешивая дырчатой мутовкой, и сывороткою из-под сметаны хмель придавая доброму напитку, коровьим маслом, желтым словно солнце, приправила и сдобрила кумыс. Украшенный резьбой девятирядной, тремя пучками белой конской гривы по сторонам узорно окаймленный — наполнили вместительный чорон. И земляков — и юных, и почтенных