Плитченко А.И., Избранное-2000

ББК 84 (2Рос-Рус) 6 П 37 К Саше Не знаю, Саша, что может быть лучшей памятью для ушедшего безвременно друга. Может быть, забота о матери, жене, детях, о памят­ нике на могиле, о начатом тобой деле. Всего не успеешь, тебя не заме­ нишь. Наверное, достаточно носить в сердце тепло, что осталось от твоей души, вспоминать в дни памяти, рождения и успения, крепости твоей руки, поднимая горькую чарку. Может быть. Есть мемориальная доска на доме, где по-прежнему рождается и выходит в свет твоя «Горница», есть премия, носящая твое имя. Клубом вместе со всеми твоими друзьями провели вечер памяти. На сцену вы­ ходили твои сотоварищи по поэтическому цеху, ученики, хор спел пес­ ню на твои слова. Были все: и мама, и жена, и дети. Тысячу свечей зажг­ ли люди в зале в память о тебе и Николае Кудрине. И все же что-то не дает покоя, саднит душу. Может, не так надрывно, как в тот день, когда обо­ рвалась надежда снова видеть тебя. Так неожиданно, так нелепо. Ведь со­ бирались захрустеть по первому снегу, ступая по дорожкам выздоровле­ ния в «Речкуновке», в дни ныне не почитаемого, но для нас привычного и дорогого ноябрьского праздника. Тяжело и сейчас, приходя в «Горницу», не встретить тебя, попыхивающего сигареткой на улице, не перекинуться парой слов, не выслушать интересную мужицкую байку. Не почувство­ вать вдруг за всем этим, что тебя понимают, за тебя переживают, и отой­ ти душою, встретившись с такой незаметной и трогательной добротой. В твоих переводах с алтайского есть такие строчки: «...душой и телом ук­ репись, рассудком укроти язык. Идя войной на силы зла, с умом свер­ шай свои дела». Порой кажется, что эти слова были внутри тебя каждый раз, когда ты встречался с растревоженной душою товарища или друга. Может быть, эти воспоминания о встречах и есть память сердца? В больнице ты спешил. Написал «В городе моем светло». Наверно, это не было завещанием, просто было время сказать давно выношенное в душе. В компьютере ребята обнаружили подготовленную тобой к изда­ нию книжку стихов, как всегда трогающих за самые тонкие струны: Эту жизнь не считаю случайной, И о детстве забыть не дано,— И о тетушке с крынкою тайной Молока, что от слез солоно... Ты назвал э. у книжку «Матушка-рожь». Сколько русского в этих простых словах, сколько поэзии. Вот и подумалось, что память — это все- таки прикосновение к душе в ее лучшие мгновения жизни, когда она вспо­ минает детство, один на один беседует с осенним листком, с утренним туманом, небесной синевой, полевым цветком. Вспомнился Гете: Кто жил, в ничто не обратится! Повсюду вечность шевелится. Причастный бытию блажен! Так пусть эта книга, коей уготовано выйти в жизнь стараниями твоих друзей и семьи, будет памятью о тебе и ТЕБЕ. По поручению членов клуба «Зажги свечу», у колыбели которого ты стоял, Владимир Шамов. 07 . 10.99 © Плитченко А.И., 1997 © Плитченко Э.Г., составление 2000 © Плитченко P.A., оформление 2000