Народное творчество, 2015, №3-4

84 НАРОДНОЕ ТВОРЧЕСТВО НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ жественное училище, откуда его и призвали на военную службу. – А там 1941-й… Война. Отец служил под Житомиром, в частях, которые предназна- чались для прорыва на Балканах. Прорыва не получилось… Получилась мясорубка под Житомиром, которая в первые же дни войны унесла сотни жизней. Сразу после Великой Отечественной и даже спустя какое-то время дед пытался найти хоть какую-то инфор- мацию о папе, но отовсюду приходил лишь один ответ – «пропал без вести». Больше об отце я ничего не знаю. Да и тема эта в доме никогда не обсуждалась, как и та, по какой причине с шестилетнего возраста, после войны, я жил не с мамой, с которой у меня всегда были очень теплые отношения… Так началась наша с Владимиром Алек- сандровичем беседа. Зато внук и его дед, учитель по профес- сии, могли говорить бесконечно о литера- туре! Их дом в селе Бугры отличала бога- тейшая библиотека, занимавшая три стены большой деревенской комнаты. Мифы древ- ней Греции, «Песнь о Гайавате», русские народные сказки и былины, алтайский эпос – с этими и многими-многими дру- гими достояниями мировой культуры Вла- димир Черемисин познакомился, когда ему было всего семь лет! Это увлекало и безу- мно затягивало, ведь прочитанное обяза- тельно обсуждалось с любимым дедом. Еще один его сын – Григорий – был также фило- логом, деканом филологических факульте- тов в Туле и Орле, автором научных работ. Он приезжал не часто, но если удавалось навестить родителей, то обязательно ходил на реку рыбачить, а с собой брал не только удилища, привезенные из рабочей команди- ровки в Китай, но и маленького Володьку. – И дядя, и дед – заслуженный учитель РСФСР, кавалер Ордена Ленина – были для меня примером. Еще будучи пятиклассни- ком, я помогал дедушке проверять школь- ные тетради. Сколько их через мои руки про- шло – и не сосчитать! Дед был представите- лем сельской интеллигенции, который даже на огороде, где, к слову, мы проводили очень много времени, не переставал учить. «Удив- ляйся», – сказал он однажды, воткнув метал- лическую трость в землю. Потом приста- вил к ней провод наушников, а само устрой- ство вручил мне. Не было границ восторгу, когда в наушниках я услышал… музыку. «Во-о-от, удивляйся! Всему, что видишь и узнаешь!» – повторил дед с улыбкой и про- должил заниматься домашними делами. Я же, гуманитарий, не физик, ломал голову: как ему это удалось?! Вот так, за беседами, уроками, дед и внук растили урожай. В небольшом амбаре, стояв- шем во дворе, всегда была кадка с мочеными яблоками. А бабушкина выпечка редко обхо- дилась без мака, который также традици- онно выращивали в семье. Толочь его с саха- ром в ступе было обязанностью Владимира. Он делал это, усевшись на порог избы, с боль- шим удовольствием: ведь бабулины пироги и кисель, в котором, как говорится, ложка сто- яла, до сих пор кажутся самыми вкусными! – Дед, помимо всего прочего, выращи- вал табак. Вовремя прищипнуть, подрых- лить, полить… А после – срубить, развесить на чердаке… Помню, он снимал трехлетний табак, начинал мельчить его специальным ножом на специальных досточках и раскла- дывал в специальные коробочки. Это было настоящим обрядом! Только будучи в солид- ном возрасте дед стал покупать табак… Чуть позже, когда Владимир окончил девять классов, Григорию Васильевичу дали квартиру в Новосибирске на площади Ста- ниславского, куда он и перевез супругу и внука. Там Вова окончил десятый класс, а в 1955-м, решив стать учителем в третьем поколении, поступил в Новосибирский педа- гогический институт. «Люся, Гена, Валентина…» Трехчасовые прогулки от института до дома, художественная самодеятельность, лыжные прогулки с друзьями… Студенче- ство окунуло Владимира Александровича в совершенно иную жизнь, ту, в которой его качества, переданные по наследству дедуш- кой и бабушкой, раскрылись в полную силу. До сих пор помнит мой герой двух слепых парней и девушку, учившихся с ним в одной группе. Если в первое время ребята смотрели на них с недоумением и не могли привы- кнуть к брайлевскому стуку во время заня- тий, то чуть позже стали для них надежной опорой и поддержкой. Студенты даже разра- ботали график: кто и когда будет заниматься с «особенными» товарищами в преддверии очередной сессии. Занимался с ними и Вла- димир – с утра и до вечера читал друзьям учебники и лекции. А вечерами, после воз- вращения домой, он перечитывал все снова, чтобы запомнить самому.