Колонцов С.В., Ново-Николаевск - Новосибирск. Исторический город-2021

находившихся в Москве с предложением перехода на царскую службу и приезда в Москву. Кучум грамоты не принял. 4 августа 1598 года воевода Андрей Матвеевич Воейков с отрядом казаков и служилых юртовских татар в количестве 405 человек выступил в поход из города Тары. Отряд А. Воейкова неожиданно для Кучума напал на его стан, на реке Ирмень левом притоке реки Оби. В Ирменском сражении 20 августа 1598 года погибли брат, сын и двое внуков Кучума, большая часть гвардии хана была убита, погибло 370 человек воинов.. Сам же хан сумел бежать в лодке вниз по Оби в земли чатских татар.. Войско Андрея Войкова 2 сентября 1598 года возвратились в Тару. Знатных пленников отправили из Тары в Тобольск, а оттуда в Москву. В течение некоторого времени Кучум кочевал около озера Зайсан. Затем он решил вернуться в Ишимские степи, где надеялся найти свою разбросанную по разным местам семью и своих улусных людей. Это, может быть, ему удалось бы, если бы он не вооружил против себя калмыков, приказав угнать у них несколько лошадей, необходимых ему для продолжения пути. Этот поступок шел настолько вразрез с долгом беглеца, принятого дружелюбно чужим народом, что оскорблённая сторона считала себя вправе отомстить ему. Калмыки догнали его на реке Нор-Ишиме у озера Каргальчина. Там были перебиты остальные его люди, но Кучум снова спасся бегством. Некоторые летописи сообщают, что Кучум отправился в Казахскую орду, другие же (Ремезовская летопись) указывают здесь на ногайцев. Царевич Канай, отказываясь от правления над бухарским городом Шавраном, опасался, что ему не поздоровится, как и его отцу, которого таким же образом «учинили» князем, пригласив приехать в землю калмыков и коварным образом убив там сразу же по прибытии. ^Кучум погиб насильственной смертью среди одного из этих народов. Скорее всего Кучум погиб в 1601 году, так как в этом году сын Кучума Али стал ханом. Историк XIX в. П.И. Небольсин дал такую характеристику личности Кучума: «Кучум неуступчиво боролся с Ермаком, в этой борьбе он не унижал ни своего сана, ни своего достоинства, ни падал ниц перед покорителем, мстил ему сообразно духу времени, и тайно, и явно, и, наконец, семнадцать лет скитался по степи. Он в диком величии своем, предпочел лучше пасть под ударами судьбы, но не запятнать себя добровольной передачей перед тем, кого он считал своими притеснителями и врагами...». 205