Потанин Г. Н., Путешествия по монголии-1948
пере ставил жолес- песок, вязли з в на- [еболь- зекото- камень оехали мягкая благо- дилась это до- и реч- уходит- зьника; [аров и на рас- на пра- что тут щимав- гам на- ал идет , что на дну до- долины более около ee вер- ¡видно, тут до а плос- на тот ами, по ветный скалах ирская, ый, лук крупно- , в том чистой з нее не ого бе- это две сь наши телеш, представляет сток с Бартен-дабана, орошающий ту доли ну, по которой мы с него спустились, а другая речка приходит из долины, соединяющейся с первой против Цаган-дабана. Из даль нейших расспросов выяснилось, что эта другая долина есть доли на р. Кундулэн; эта долина в меридиане Бартен-дабана уходит на север, делает луку, заворачивает на восток, потом на юг и сое диняется 'с долиной реки Суджи. Монголы, которых мы нашли на полдневке, назвали нам левую речку не Кундулэном, а Суджи. Ниже по долине жилые юрты перестали встречаться, но зато часто попадались пустые зимовки и пашни, а также места, зарос шие самосейками — гречихой и кунаком (щетинником зеленым). Тут опять стало травянистее, и вместе с тем комарнее. На ночлег остановились у пустой зимовки, в нескольких десятках сажен от реки. Возле зимовки были посевы гречихи и проса; высокие за росли конопли окружали зимовку вместо бурьяна. Рыб в реке нет. Дно устлано камнями, ширина реки около 2—3 саженей. Весь следующий день (14 июля) мы ехали все по той же долине. Сначала долина была безлюдна; только в одном месте, влево от дороги, за рекой, мы увидели постройки; это была ки тайская усадьба, где живет китаец, имеет пашню и лавку, а еще ниже, на правом берегу реки у подошвы гор расположен мона стырь Тосулакчин-сумэ; его каменные постройки осенены боль шими деревьями ильма; после утомительных картин, которые представляет долина Суджин-гола, обставленная, за исключе нием только небольшого протяжения в вершине ее, совершенно безлесными горами, глаз приятно отдыхает на темной зелени дерев и на тенях, которые от дерев падают на беленькие стены каменных зданий. Такого отношения к дереву и древесной тени у лам в Монголии, кроме Хингана, я нигде не замечал. Около монастыря глубокий колодец, обложенный внутри камнем, на этой каменной обшивке гнездится маршанция; на отбросах мусора вокруг монастыря конопля, гибискус трехраздельный, просвир ник красивый. Ниже монастыря Тосулакчин-сумэ опять стали встречаться юрты и у левых и у правых гор долины. В нескольких верстах от монастыря наша дорога пересекла сухое ^русло; на наш во прос нам ответили, что это река Хахир. Действительно, против этого места горы правого бока долины распадаются и уходят да леко на северо-запад; тут как будто широкое отверстие боковой долины; из нее, повидимому, и выходит сухое русло. Так как монголы распространяют это название и на ту часть реки, ко торая нам представлялась низовьем Суджин-гола, то боковой долиной нужно счесть ту, по которой до сих пор мы шли, а глав ной ту, вид на которую открылся только пройдя Тосулакчин-сумэ. Через час после пересечения сухого русла перешли вброд речку, которая все время у нас была в левой руке; до этого места она течет подле гор левого бока долины, а отсюда переходит к го-
Made with FlippingBook
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2