Потанин Г. Н., Путешествия по монголии-1948

льсКое имя *. ;расивый вид [о которому . Этот галеч- эд «ристалль- [ень красивое [о (не далее )угой стороне ш Сангинтай. , как и выше, имеет сухую тся заросли т ключи, ко- и. Цаган-дугю; Бурхан-олы; предгориями находиться сь далеко на ея Кату; по ть, где одни отловину на е открытой, ея вправо, а сным горам пашня узкой ЗНОЙ лощины один ячмень, ли двух или навой, выве- оль всей до- елени среди ько изредка еже пустыр- мутовчатый . ел дождь, с сухим рус- худукин-ама, тены ущелья кой породы; стительность а галечниках ройдя вдоль ься влево на ым сланцем. (Впустившись крутым логом с этих сланцевых пластов, мы по­ тянулись по долине, вершина которой находилась в скалистой гряде; растительность в этих горах встречается отдельными не­ большими площадками в плоских впадинах на горных скатах или в лощинках; остальная большая поверхность представляет голый камень или голую почву, прикрытую щебнем. Чаще, чем прежде, здесь попадался такшь. В долине у подошвы гряды мы нашли два монгольских аула; миновав юрты, мы стали подниматься по долине, которая сузилась; в узком ущелье по голому дну бежит ручеек светлой хорошей воды, берущий начало внутри ущелья под скалою; высокие скалы, составляющие ущелье, несмотря на тенистость этого места, совершенно голы; место это называется Цаган-морту; поднявшись еще по тому же ущелью, мы остано­ вились на вершине того же русла, но уже без воды; воду брали из колодца, выкопанного в русле; ночлег представлял площадку между скалами; эту местность наш вожак назвал Сагинтай; от­ сюда был виден перевал через хребет. Площадка, на которой мы разбили свои шалаши, была покрыта погоревшей на солнце, а от­ части потоптанной скотом травой, в которой было множество зеленых кузнечиков, чернокрылой саранчи и толстой локусты [кобылки]; во все лето мы не слышали такого кузнечьего шума; из-под ног они взлетали, как брызги. Поднявшись 30 июня с ночлега, мы должны были итти на пере­ вал; с перевала видна на юго-западе высовывающаяся из-за гор снежная вершина, которую встреченный на дороге монгол-охот­ ник за сурками назвал Кошету-нуру; с перевала спустились щелью в котловину Шарь-хуна; на выходе из щели появились обнажения известняка. Котловина Шарь-хуна совершенно суха и бесплодна; при подошве гор, которые ограничивают ее с севера, находится чудская могила с киша-чило, поставленным к югу от нее; на нем нацарапана тангутская надпись (молитва «ом-манн»). Пересекши котловину, караван вступил в ущелье с плоскими го­ рами и с сухим руслом; пройдя по нему немного, мы повернули налево и стали подниматься на горы; растительность и тут встре­ чается только в виде небольших площадок. Поднявшись на горы, дорога идет по юго-западной стороне гребня гряды, постепенно к нему приближаясь. Эта гряда и есть Тайшир-ола [Тайшири- нуру], при северной подошве которой лежит ставка Дзасакту-хана. Обойдя два направляющихся с востока на запад ущелья выше их верхних изголовий, в которых есть колодцы с солонцеватыми бере­ гами (под названием Баив-тохой и Бом-боту), дорога спускается в третье глубокое ущелье с большим сухим руслом под названием Бельчир; тут были юрты, жители которых воду, вероятно, берут из копаней в русле. Здешние горы, представляя собою скат Тай- шир-Олы, обращенный к югу, совершенно голы; кустарников ни­ каких; только кустики полыни покрывают изредка почву. В лощи­ нах или логах, сбегающих с гор в глубь ущелий, видна зелень, но скудная, в виде узких полос; только подле ключей гусиная лапка