Курс А., Сказка о царе Дурандае_Киноведческие записки № 52 - 2001_с 171-185

—Стой! Берись за второе дело, сильномогучий богатырь! Дурандай со страху икнул и снова невесте—ручкой. Тетёха гикнула, свистнула... Несут пять генералов громадный топор. Поднесли топор к чугунному столбу, столб в три обхвата, оглавок в облаках. Подманивают генералы царя пальцем,—иди, мол, второе дело делать. Подошел царь, посмотрел, ахнул: —Ай, сила! Сила тут как тут. Плюнул он на ладошки, взял топор... Царь к нему сзади прилепился, обхватил пояс. Пошел Сила столб рубить—по всему царству звон. Сила рубит, а Дурандай за его спиной мотается. 9. От чугунного стука трясется Тетёхино царство. Королевна при каждом ударе подается вперед и ухает: «Ух, ух, ух». Терема трясутся, кавалерия на дыбы встает. Дворец вертится. Перестало стучать, дворец остановился, Тетёха грудями вздыхает: «Ну, и сила!» А царь Дурандай идет к ней легкой походочкой, скобочку о скобочку пощелки­ вает: Сила за ним тащит охапку чугунных поленьев, из кармана два полена торчат. Царь машет Тетёхе ручкой: —Вот и всего делов-то! Сила грохнул поленья у крыльца и—нет его. А Тетёха Прекрасная нежно улыбается. Как лошадь: —Гы-гы, гы-гы, гы-гы... 10 . Гикнула, свистнула Тетёха. Распахнулись 12 ворот, 12 конюхов на 12 железных цепях волшебного коня выводят, еле удерживают. Конь громко ржет, копытами в землю бьет, в небо рвется, земля под ним тря­ сется. Царь посмотрел, вздохнул: «Ай, сила». Сила тут как тут. Царь опять его—в обхватку, за пояс. Подходит Сила к коню, кладет ему руку на холку, конь осел по колена в землю. 12 цепей с него слетело—конюха улепетывают, аж пятками зад достают. Взмостился Сила на коня, голыми пятками сдавил ему бока, вынул из кармана чугунное полено, ударил коня между ушами... Взвился конь. Тетёха смотрит в подзорную трубу и видит: летит конь, горы-долы перепрыги­ вает, темные леса между ног пускает, большие дороги хвостом застилает, из-под копыт ископыть сенными копнами летит. Болтается царь у Силы за спиной. А Сила охаживает коня чугунными полешками. Избил одно, взялся за другое. Тут жеребец заржал-заплакал: —Силушка, отпусти хоть живого!