Курс А., Веселый кусок хлеба_Киноведческие записки № 59 - 2002_с 81-109

чиво показать, что все это не имеет ничего общего с целенаправленным перевоспитанием иностранных специалистов, и тем более не является след­ ствием политической пропаганды (в данном случае совсем не нужной). Сценарий убеждает: активное влияние на людей оказывает сам харак­ тер общения с ними. Романченко и Воробейчик всегда, в любой ситуации, остаются живыми, искренними, открытыми людьми—они не боятся юмора, иронии и совершенно лишены какого бы то ни было корыстолюбия, поэто­ му немецкие «товарищи» прощают им некоторую горячность и прямоту вы­ ражения своих чувств. Эти два героя сценария А.Курса отчетливо выража­ ют представления автора о положительных героях,—совсем не похожих на «липовых коммунистов», на бюрократов-карьеристов сталинской закваски (которых он всегда ненавидел и которые расстреляли его в 1937 году). А Романченко и Воробейчик смотрели на жизнь наивно, с революцион­ но-романтических позиций,—им казалось, что они творят «кусочек миро­ вой революции». Сценарию не повредила бы большая глубина психологических характе­ ристик, но в нем нет пустых лозунгов, здравиц в честь партийных вождей, придуманных классовых врагов, изобилия производственных терминов—а ведь все это было характерно для многих лент того времени. Вряд ли кар­ тина по такому сценарию могла понравиться «наставникам» по марксист­ ско-ленинской идеологии. К сожалению, три листа сценария были изъяты редактором; однако подготовить его к публикации все же удалось,—исполь­ зуя черновик сценария, написанный рукой А.Курса. Аркадий БЕРНШТЕЙН Действующие лица: РОМАНЧЕНКО—директор завода «Незаметного». Лет 40. Высок и очень толст. Бритое, бело-розовое лицо. Быстрые переходы от сердитого крика к смеху. Когда улыбается, почти женственно приятен. Всегда в рас­ стегнутой косоворотке. ВОРОБЕЙЧИК—предзавкома завода «Незаметного». Рыжий, худой, слегка сутулый. Рассеянный взгляд. Умный лоб. Очень еврейские черты лица, движения и акцент. Резко преображается, когда в нем просыпается старый комиссар. ТАНЯ—формовщица, комсомолка. Хорошенькая, наивная и неприми­ римая. Не надо ни красного платка, ни разухабистых движений. Совершен­ но не плакатная девушка. ВЕРНЕР—формовщик, 60 лет. Интеллигентный рабочий. ВЕРНЕРША—его жена. 45 лет. Еще красивая, пышная, звонкоголосая. Одним словом—мамаша Вернер. АВГУСТ—их сын. 25 лет. Много о себе думает, но по существу парень хороший. ФЕРСТЕР—обер-мастер литейного цеха. 33 года. Военная выправка, немного попорченная пристрастием к выпивке. Добродушен, сентимента­ лен и чуть пошловат.