6-7 № 19 6 мая 2020 г. Книга спасла жизнь «Мой отец А лександр Николаевич Кондратьев родился в Усть-Тарке в 1924 году. Был участником Великой Отечес тв енной в ойны. В 1944 году, пос ле окончания Нов осибирского пехотного училища, его направили в 254-й гвардейский стрелковый полк 2-го Прибалтийского фронта. Когда пришла Победа, ему было всего двадцать лет. После войны он окончил Московский строительный техникум и всю жизнь строил элев аторы. Зернохранилища в Татарске, Купино, Карасуке, Омске, Калачинске, Иркутске строил мой отец. Работал он и в других городах — узбекском Термезе, Ачинске. Праздник 9 Мая отец любил больше всего, даже больше, чем собственный день рождения и Новый год. Ему очень нравилась песня «Я люблю тебя, жизнь». Нежно любил внука и внучку — такие сохранились письма, и не подумаешь, что писал мужчина. Умер папа в 1997 году, похоронили его в Татарске. Когда я ездила туда на двадцатилетнюю годовщину его смерти, увидела, что з а могилой ухаживают, а занимаются этим отцов племянник Виктор с женой. Я им очень благодарна. Сегодня в музее города Татарска хранится альбом, посвященный предыдущему юбилею Победы. Он даже получил г у бернаторск ую грамоту. Мне пред лага ли отдать его в музей новосибирского Дома офицеров, но я предпочла подарить альбом музею города, где отец прожил последние тридцать лет. Он уехал туда, когда мамы не стало. Моя мама Мария Тихоновна Божина (Кондратьев а) тоже родилась в 1924 году. В годы войны, окончив медицинское училище, работа ла в госпита ле Татарска. Там, в глубоком тылу, лечились раненые. Мама сопровождала вылечившихся в Киев, а оттуда привозила новые партии раненых красноармейцев. После войны мама с отцом десять лет жили в Купино, куда их перевели. Мама всю жизнь проработала акушеркой в роддоме — единственном радостном месте во всей больнице, как она говорила. Кстати, там ее помнят до сих пор, настолько она была добра к роженицам. Мамина сестра Пелагея Тихоновна Божина была с 1918 года, родилась она в Брянске, но в о время переселения тридцатых годов семья переехала в Сибирь. Пелагея была женой учителя Николая Филиппенко, который погиб в первые годы войны. Сама она работала в железнодорожной с толов ой пов аром. Замуж Пелагея Тихоновна больше так и не вышла, жила одна, воспитывала сына. В жизни ей досталось немало, было трудно и мало денег, но Пелагея Тихоновна всегда заботилась о св оих родс тв енниках — всей семьей они выучили младшую сестру, которая окончила НИИВТ. Брат мамы Тихон Тихонович Божин с 16 лет работал в локомотивном депо. Он прошел трудовой путь от кочегара до машиниста электров оз а и диспетчера на с танции Инская. Тихон Тихонович в одил товарные поезда, а вообще умел делать все — и по электричеству, и по сантехнике, и слесарить. Впрочем, ничего удивительного в этом нет, ведь Тихон Тихонович вырос при отце, который был председателем сразу в двух колхозах под ЛенинскомКузнецким, куда семья переехала из Расеи, как говорила бабушка. Вспоминается мне один случай, который произошел с отцом на войне. Он рассказывал об этом. Во время освобождения Прибалтики наши войска вошли в город Тарту. Отец ехал верхом на лошади и вдруг увидел кучу книг, а сверху лежал сборник рассказ ов Михаила Зощенко. Тогда этот писатель был запрещенным. Отец спрыгнул с коня за книгой, а в это время немцы, з асевшие на чердаках, открыли пулеметный огонь. Все побежали, впереди бежал папин адъютант, и тут разорвалась бомба. Кусок горящего тела адъютанта упал папе на лицо, вокруг кровь, кишки, взрывы… Отец подумал, что ослеп, и уже достал пистолет, чтобы застрелиться — что за жизнь у слепого. Но, к счастью, вовремя понял, что зрение у него в порядке. Так книга спасла папе жизнь. Было ему тогда всего двадцать лет. Вот такая история». Людмила Александровна КИНДРУК, 71 год, Новосибирск Материалы полос подготовила Инна ВОЛОШИНА, voloshina@sovsibir.ru батареи тожить колокольню, где располага лс я немецкий командный пункт и откуда вели огонь крупнокалиберные пулеметы, прижимая советских солдат к земле. Буквально первыми снарядами объект был уничтожен, и красноармейцы ворвались в город. После ожесточенных боев за каждую улицу, з а каж дый дом Будапешт был взят советскими войсками. Дивизия, в которой с лужил А лексей Бурматов, продвигалась к границе Чехос ловакии и Ав с трии. 7 мая 1945 года враг с держив а л артиллерийским огнем ее нас тупление у крупного чешского села. 8 мая п р о т и в н и к н е ож и д а н н о п р е к р а т и л обс т рел, и сов е тские в ойска спокойно вошли в село. Вся немецкая техника с тояла ровными колоннами, как на параде, немцев не было. Бурматов рассказывал: «Чехи нас в с третили с ра дос тью, а мы ничего не понима ли. Спус тя некоторое время командир полка торжес тв енно нам сообщил: «Товарищи бойцы, конец войне! Победа!» Многие из нас от радос ти плакали, не с тесняясь с лез». После войны А лексей Бурматов вернулся в родной Новосибирск. Ему предложили должность в Кировском райисполкоме, и он добросов ес тно отработа л там много лет, до самой пенсии. Выйдя на заслуженный отдых, з аскуча л без дела, поэтому устроился в охрану нашего завода «Сибтекстильмаш», где я с ним и познакомился. А лексей Нефедович был очень скромным, добросовестным и справедливым человеком, не любившим рассказывать о своих подвигах на фронте». Валерий Сазонович КОЛЕНЧЕНКО, Новосибирск Мое военное детство «Когда началась Великая Отечественная война, я, школьница, жила в старом Бердске с родителями и старшим братом — учащимся ремес ленного училища. Вскоре отца призвали на фронт, брата отправили работать на шахты в Сталинск, и мы с мамой остались вдвоем. Она заболела туберкулезом, работать не могла. В 1942 году была карточная система: рабочие получали 600 граммов х леба, дети — 300, иждивенцы — 200. Так как мама работать не могла, жили мы очень голодно. Учиться я тоже больше не могла, так как нашу школу перевели в другое место, далеко от дома. К тому же одеться мне было не во что, особенно зимой. Пришлось идти работать в 12 лет на Бердскую шв ейную фабрику, филиа л Новосибирского ЦК союза швейников. В 1943 году мы шили для фронта шерстяные и х лопчатобумажные гимнастерки, брюки галифе, шинели, рукавицы. Шила я хорошо, этому меня научил отец-портной, он до призыва также шил военную одежду. Мне рабочую карточку на х леб не давали, так как я была несовершеннолетней, поэтому продолжала получать детскую (300 граммов). Работала я без брака на сложной операции. Однажды из Новосибирска приехала комиссия для проверки качества выпускаемой продукции. Посмотрели в се вещи и обнаружили у одной из работниц много брака. На собрании начальник из Нов осибирска руга лс я, гов орил: «На фронте люди гибнут, а вы здесь не хотите норма льно работать! В тюрьму таких надо сажать!» После собрания провинившуюся женщину с этой работы убрали. Вызв а ли в кабинет инженера нашего бригадира и спросили ее, кого посадить на эту операцию. Она ответила, что есть одна дев очка, которая очень хорошо шьет и справится. Когда мне бригадир предложила пересесть за другую машину, я отказалась: «Не хочу в тюрьму! Взрослая женщина и та допускала брак, а мне всего 13 лет, я не справлюсь». Анна А лександровна так и передала мой отказ инженеру. Возник ла задержка с выпуском продукции, так как машина прос таив а ла. Тогда инженер вызв а л меня к себе в кабинет, чтобы поругать. Ему я тоже сказала, что не справлюсь, а в 13 лет в тюрьму не сяду. Он закричал: «Мы тебя все равно посадим по закону военного времени за отказ работать для фронта». Я от испуга потеряла сознание. Меня с та ли прив одить в чув с тв о какими-то лекарствами, но безуспешно. Меня перенесли в бухгалтерию, положили на сдвинутые вместе столы, обложили ватой, к которой приставили нагретые утюги. Примерно через три часа я пришла в себя, но меня сильно трясло. Дали провожатого до дома и сказали отдохнуть два дня. Когда я вновь вернулась к работе, у меня болело все тело, как будто меня били палками. Посадили меня на более легкую операцию, но все равно я продолжала работать по-взрослому: по восемь часов и в две смены. Ночная смена заканчивалась в час ночи, идти домой было страшно. Постоянно хотелось есть — и днем и ночью. 9 мая 1945 года в честь Победы на городской площа ди был митинг. На работе нас одели в светло-коричневые комбинезоны, дали красные повязки на рукав и красные косынки. Мы ездили по центральной улице Ленина на грузовых машинах, стояли на подножках, держась за кабину, по одной девочке на машине. Собравшиеся на площа ди люди пели, плясали, играли на гармошке, веселились. По радио гремела музыка. Радость была необыкновенная, впервые в моей жизни. Медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечес тв енной в ойны 1941–1945 годов» до сих пор для меня самая дорогая, выстраданная нелегким детским трудом». Валентина ЛЫТАЕВА, Бердск Фото из архива Евгения МАТВЕЕВА, правнука Александра Кондратьева Победы Александр Кондратьев Пелагея Божина Мария Божина (Кондратьева) Военный билет Марии Божиной (Кондратьевой) Тихон Божин Фото предоставлены Людмилой КИНДРУК
RkJQdWJsaXNoZXIy