Сибирские огни, 2023, № 4

146 Олег САФОНОВ Генетический брак одном ряду с Вавиловым! И если я хочу сказать свое слово, я его скажу! А бумажку можно и после написать. В зале опять зашумели. Наконец поднялся, привлекая взор аудито- рии, один седовласый ученый из старой гвардии: — Коллеги, послушайте. А что, собственно, произошло? Конечно, еще древние говорили: forma est maximus 8 . Но с другой стороны, хочет выступить наш старый товарищ, труды которого имеют всемирное при- знание, желает поделиться с нами своими мыслями. Так пусть поделится. Его слова встретили одобрение. — Конечно, — подхватили несколько голосов. — Говорите, Аслан Давидович. Бероев поправил микрофон и весь подобрался, как перед броском. В этот момент Гамов кивнул кому-то в ближних рядах. — Я исследовал эмбрион S-245, — начал профессор, — и пришел к выводу, что передо мной гениальность. Конечно, я поначалу счел эту гени- альность ничтожеством, мельком взглянув на уже забракованный геном. И теперь знаю, почему так сделал. Мои глаза были закрыты мощными наростами многолетних стереотипов. Однако внутренний голос заставил меня усомниться. И вот когда я новым, по-детски чистым взором по- смотрел на свои прежние научные выводы, когда подверг их беспощадной критике, я убедился, что многие из них неверны. Вообще, мне кажется, что нам, нашему сообществу, следует взять паузу в деле ограничения рож- даемости. Мы просто не имеем морального права ставить заслоны для жизни, пока до конца не разберемся во всем. Бероев остановился, физически почувствовав, как перед ним вырос- ла стена. Он окинул взглядом застывшие в гробовом молчании плотные ряды стальных пиджаков, искаженные внезапной тревогой недоуменные лица и вдруг с необычайной ясностью понял, что совершил непроститель- ную ошибку. Глупец! Ему нужно было спасать одного человека, и тогда у него, вероятно, имелись бы какие-то шансы, а он замахнулся на святое. На рычаг, владение которым, возможно, и составляет всю сущность но- вого, чуждого ему поколения сидящих напротив людей, рычаг, который дает им особый статус в обществе и благосклонность власти. Попытался забрать у них священный жезл, который позволяет им чувствовать себя вершителями судеб. С первого ряда поднялся невысокий мрачный человек — комиссар по этике. Он обратился к Бероеву медленно, с расстановкой: — Могу я, Аслан Давидович, задать вам два вопроса? И, не дожидаясь ответа, продолжил: — Во-первых, вы встречались с хозяйкой указанного вами эмбриона и ее мужем? Профессор мужественно принял удар, который не был для него со- всем неожиданным. — Я общался с ними, — хрипло ответил он, — для того, чтобы уста- новить истину. — Однако такое поведение является уже не формальным наруше- нием, а проявлением пренебрежения к этическим нормам всего нашего 8 Forma est maximus (лат.) — форма важна.