Сибирские огни, 2023, № 4

142 Олег САФОНОВ Генетический брак С этого момента судьба всех четверых, включая ребенка, была пред- решена. На дорогой штукатурке стен широкого коридора, по которому шел профессор, висели портреты и фотографии. Корифеи генетики, начиная с самого Менделя, взирали на него с молчаливым вниманием. С кем-то из них он в былые годы общался, спорил и даже дружил. Немногие про- должали свою научную деятельность, как и он. Остановившись у рамки с табличкой «Бероев Аслан Давидович, доктор наук, профессор, почетный член Академии наук», он вгляделся в энергичное лицо и обратился к сво- ей более молодой копии: — Ну что, Аслан Давидович, последний бой. Как говорится, «нет, милый мой Агафон, ты не в силах спорить с истиной, а спорить с Сократом дело нехитрое» 6 . И Бероев решительно направился в кабинет главного. За огромным т-образным столом из красного дерева, обрамленным двумя рядами массивных резных стульев ручной работы, сидел крупный, коротко стриженный человек, который любому входящему сразу внушал уважение. В каждом его движении чувствовались основательность и уверенность, а прямой немигающий взгляд пронизывал собеседника на- сквозь. Профессор ценил Гамова за умение быстро ухватить самую суть проблемы и, определив правильное направление, обозначить последова- тельные шаги по ее решению. Распоряжения его были коротки и чрез- вычайно конкретны. Вообще, именно Гамов поставил дело так, что все работали не за страх, а за совесть, чувствуя себя единым целым. Долгие годы он руководил Восточно-Европейской корпорацией генетиков и, хотя не блистал как ученый, был блестящим организатором. — Присаживайтесь, Аслан Давидович, — доброжелательно сказал Гамов, жестом показывая на стул рядом с собой. — Что привело вас ко мне? Если вы пришли без согласования, в неприемный час, значит, во- прос серьезный. — Вы проницательны, Владлен Геннадьевич, вопрос действительно архиважный. Мне наконец удалось найти геном с гениальностью. Однако я понял это уже после того, как на основе генетического анализа элемен- тов крови он был по ошибке внесен в программу уничтожения. На лице Гамова не отразилось никаких эмоций. —Программных сбоев не было? — спросил он абсолютно спокойно. — Нет. Исключено. — Кто осуществлял контрольную проверку? — Тимур Бероев. — И, как я понимаю, вы вносили данные в программу ликвидации. — Я вносил, Владлен Геннадьевич. Однако теперь не сомневаюсь, что совершил чудовищную ошибку. Необходимо ее срочно исправить. — Каким образом? Вы же знаете, что процедура ограничения рож- даемости определена законом и очень жестко контролируется. — Но у вас же имеются полномочия входить на сервер при чрезвы- чайной ситуации. 6 Платон «Пир».