Сибирские Огни № 4, 2021

121 ВАЛЕНТИНА ГОРАК СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ он нервно передернул затвор и вскинул ружье на плечо. Прогремели два выстрела, и козленок, которого непременно надо было спасти, упал на свою льдину, в предсмертной судороге забив маленькими копытца- ми, но почти сразу же затих. Что было дальше, Лика не помнила. То ли она убежала в каюту, то ли прямо в рубке рыдала на плече у мужа, но ради двадцати ки- лограммов козьего мяса оба судна бросили якоря, спустили шлюпки, льдину зацепили Мишка с Серегой, бросив на нее кошку и попав, как ни странно, а дальше дело техники. Козленка освежевали, мясо раз- рубили и разошлись довольные, будто в лотерею выиграли. Когда Лика, успокоившись, спустилась на кухню, на разделочном столе торжественно стоял большой таз, наполненный козьим мясом. Мишка с Серегой и Черноморик (Сашки не было, мавр свое дело сделал) стояли вокруг него, возбужденные, счастливые, обсуждали на все лады событие: как здорово, теперь и диетическое мясо к оленине, везет им все-таки нынче. Когда зашла Лика, умолкли. Они видели, как она рыдала, ну что ж, глупая женщина, что с нее взять, но — повариха, готовить-то все равно будет. Тут зашла Манька: —Ну что, довольные, что козленка грохнули? — странно спроси- ла она. — Оленины — хоть жопой ешь. Она тоже подошла к тазу и стала смотреть оценивающим взгля- дом. —Шурпу надо замутить, вкусная будет! — наконец определилась она и добавила, взглянув на Лику: — Я умею, помогу тебе. Лика мужественно смотрела на таз, стараясь не впускать в себя что-то, что впускать не надо было точно. При последних словах Мань- ки перед глазами всплыла невинная мордочка и огромные библейские глаза козленка. Тут откуда-то из самого нутра наружу что-то рвану- лось, и Лика, зажав рот ладонью, бросилась в боковые двери камбуза, выходящие на борт судна. Лику рвало долго, но когда стало легче, она с изумлением увидела рядом с собой Маню, которую тоже рвало. А в камбузе стояли пацаны и, открыв рты, наблюдали странную картину: и Манька, и Лика Ва- димовна свесились с лееров, обеих дружно полощет. Ну ладно Лика Вадимовна, но Манька-то что, свеженины никогда не видела? Шурпа получилась на славу. Готовил, между прочим, механик. Вот уж правда — на все руки. Помогал ему Черноморик, который в шурпе, как истинный житель южных стран, толк таки знал. Петр от радости чуть не рехнулся. Именно он первый из них двоих понял, что случилось счастье. С Манькой-то все понятно, да и при чем тут она. А вот Лика, Ликусик его нежный, неужели это правда, нет,