Сибирские Огни № 4, 2021

115 ВАЛЕНТИНА ГОРАК СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ Маня же, едва почувствовав, что Лика для нее — инопланетянка, решила, что рано или поздно окажется на этой, на лучшей планете. Она на такую, Ликину, планету переселится и... обживется на ней! Как? Она еще не знает. «Да я и так уже без пяти минут жена старпома!» — неожиданно подумала Маня и тут же подозрительно, вкось, глянула на Лику. И не ошиблась: Лика словно услышала и сразу же задала вопрос: — Ну и что ты решила? Лика спросила почти безразлично. Она устала удивляться. Да и чему? На Маниной планете может происходить все что угодно, ведь это ее планета. На что тут же услышала, как всегда, нелогичный, но безапелляционный ответ: — Аборт... я — не сделаю! Вы даже не надейтесь! — обида на «всех» накатила и плеснула, как волна в борт судна, которое только что шло по абсолютно спокойной воде. — Маня, да кто надеется? Кому надеяться-то? — осторожно на- чала Лика разговор. Но он снова оборвался: —Коле! — сказала, как камень бросила, Маня. И добавила мсти- тельно: — Я рожать буду — для него! — А ему это... надо? Лучше бы Лика не спрашивала. Толку-то? Да и спросила она... как-то нечаянно, вырвалось. Манька только что не зашипела и клыки не показала. Тут же раз- вернулась на одной ноге и, оскорбленная, злая, бросилась прочь — от Лики, от этой жизни проклятой, в которой все — им, а ей — ничего! Поговорили, называется. Вечером убитый новостью Коля пил в каюте Вербиных. Ни Лика, ни Петр ничем не могли ему помочь. Они могли только слушать и со- чувственно кивать головами. Потому что никто даже представить себе не мог выхода из этой жуткой ситуации. Конечно, аборт был бы вы- ходом. Плохим, ужасным, но... не таким и ужасным, для того времени. Увы и ах. Но Лика уже поведала о разговоре на баке виновнику торжества. Маня аборт не сделает, раз уж заявила. Надо знать Маньку, а они ее знали. Коля плакал. Он напился уже второй раз в каюте у Вербиных, и это было второй раз в его жизни. До этого мужик не пил почти совсем. Нет, в монахи он не норовил, но среди прочих точно слыл трезвенни- ком. За что его и уважали, когда надо, а когда надо — и в вину ему ста- вили. Но Коле было все равно. Он жил интересной, самодостаточной жизнью. У него был дом, который надо было все время обустраивать. Дом требовал трудолюбивых мужских рук, а они у Коли были. Когда уж тут по друзьям с бутылками бегать? Дом достался от родителей,