Сибирские огни, 2015, № 10

150 ПЕРЕПИСКА Н. Н. ЯНОВСКОГО И В. П. АСТАФЬЕВА. 1965—1979 ственные записки», 1880, № 4) он писал о том, что лес в Сибири выру- бается хищнически и по берегам рек (легче сплавлять), что рыбы стало в реках меньше, что реки загрязняются… Словом, я читал ее со странным чувством, будто бы она написана лишь вчера и мы лишь повторяем давно за нас сказанное. Вообще, Ядринцев был человеком проницательным, и я рад, что занялся «восстановлением» его литературного наследия, сегодня в основном забытого. Первую часть ЛНС, посвященную ему, я уже сдал в производство, вторую — готовлю. Всего будет 50 п. л. Произойдет от- крытие писателя, открытие яркого публициста-шестидесятника, защит- ника крестьянства, особенного сибирского. Как только примут мою книгу, я незамедлительно верну все, что у тебя брал — книги, вырезки, рукописи (у меня есть список всего, под- лежащего возврату). Марии Семёновне, всему Вашему семейству (как здоровье Петра Павловича?) наш сердечный привет. Будь здоров! Обнимаю. Твой Н. Яновский. 1. Яновский Н. Н. Виктор Астафьев. Очерк творчества. — М.: Советский писатель, 1982. 2. Начало. О раннем периоде жизни и творчества В. Астафьева // Сибир- ские огни. — 1979. —№ 3. * * * 7.V.1979 г. Новосибирск Дорогие друзья Мария Семёновна и Виктор Петрович! ФВ и я поздравляем Вас с праздником Победы! Для всех, особенно для фронтовиков, это святой день, и хочется хотя бы на мгновение по- чувствовать себя рядом со всеми, кто пережил этот день и все, что ему предшествовало. Такая потребность, по-видимому, и умрет вместе с нами; во всяком случае, она будет жить, пока мы живы. Мы все нынче делаем с запозданием, потому что задержались на этот раз в Москве — захотелось побыть с внуком и внучкой на Перво- мае, погулять с ними, ни о чем не думая, всеми порами ощущая и предо- щущая их будущую жизнь. Оказывается, и в этом радость, доступная лишь старости. Мы ездили с ними в просыпающуюся от зимы рощицу и славно провели время, тем более что и первого и второго мая в Москве было тепло необыкновенно (за +20). В Москве мы прожили больше двух недель. Я дня три «заседал». Кроме совета по критике, все остальное было для «галочки», формально, бездушно. А совет москвичи тоже поспешили свернуть в кратчайшие сро- ки, но разговор в чем-то показательный все-таки состоялся. Но я осно-