Сибирские огни, 2015, № 4

169 ИГОРЬ МАРАНИН, КОНСТАНТИН ОСЕЕВ ГОРОД КРАСНОГО СОЛНЦА После возвращения на родину шесть лет (с несколькими перерывами на по- бег) Косарев провел в сибирской ссылке — в Нарыме, Колпашеве, Томске. Вы- держать ссылку мог не каждый, часто она ломала людей. В «Воспоминаниях о Нарымской ссылке» Владимир Михайлович описывал интересный случай: один из ссыльных по фамилии Толпоров ушел в тайгу и перестал с кем-либо под- держивать отношения. Отмерил себе участок, где побольше кедра, и не пускал даже местных, когда они приходили шишковать. «Живет как зверь, к себе близ- ко не подпускает», — рассказывали крестьяне. Весной 1916 года отшельника призвали в армию, на войну. Волей-неволей ему пришлось вернуться в поселок, где проживали ссыльные: Впервые он появился и зашел к нам. Помню, пригласили его обедать. Все сели за стол, а он не решился, сидел в стороне. Наконец, после настой- чивых предложений, он сел и сознался, что он отвык от накрытого стола. — Я ведь шесть лет не видел ни вилок, ни тарелок. Все это кажется мне диким, я не знаю, как начать есть. ( В. Косарев, «Воспоминания о Нарымской ссылке» ) После войны Толпоров… снова вернулся в тайгу! Ему там было хорошо, он жил в полном одиночестве, но судьба распорядилась по-своему. Во время Гражданской войны, когда пришли белые, Толпоров вышел из леса, собрал от- ряд и стал с ними воевать. Во время одной из стычек с колчаковцами он и по- гиб. Жизнь Владимира Михайловича Косарева сложилась более ярко: он был одним из трех «отцов-основателей» Сибревкома, возглавлял Чекатиф и победил страшную эпидемию, охватившую Новониколаевск и другие города Западной Сибири. Позже уехал в Москву, где работал в партийных контрольных органах и в руководящих органах ткацкой промышленности. Все-таки он был не только сыном ткачихи, но и сам в юности работал на знаменитых ткацких фабриках Дюфурмантеля. В 1941 году Косарев ушел в связи с болезнью на пенсию, а умер в год Победы — в 1945-м. Необычные чекисты и разгрузка города Перевод нескольких тысяч человек резко обострил в Новониколаевске и без того тяжелую ситуацию с жильем. Чиновникам нужны были квартиры — и 1 июля 1921 года комиссия Сибревкома по переводу сибучреждений прини- мает решение о принудительном выселении из города «элемента, не занятого общественным трудом». В первую очередь «лиц буржуазного происхождения, прибывших в город с запада в период Колчаковщины». Иными словами, одни «понаехавшие» выгоняли из города других «понаехавших»: В целях создания квартирного фонда для размещения прибывающих в г. Новониколаевск Сибучреждений и их сотрудников с семьями Чрезвы- чайной Жилищной Комиссией приступлено к срочной разгрузке города от элемента, не занятого общественным трудом и не связанного близким род- ством с трудящимися гражданами, работающими и проживающими в преде- лах города, за исключением семей красноармейцев, а также лиц, имеющих заслуги перед Советской властью и представивших о том документальные доказательства. Примечание: близкими родственниками считаются отец, мать, муж, жена, сын, дочь, брат и сестра.