Сибирские огни, 2015, № 4

105 РАИСА ЕРНАЗАРОВА ДВА РАССКАЗА — Улыбаешься. И припудрилась вроде. Куда собралась, Галина? — Ее Галиной всегда звали, а не по отчеству, как других учителок. — На бал? — На бал, — говорит. Потом стала Галина замечать, что цветочек ее на окне белоруса как вроде бы не один. И каждый раз до ее цветочка другой появлялся. Но — молчит. Куда ж возгудать, в ее-то годы… Рада тому, что есть. А тут в магазине подходит к ней девушка. Галина сразу ее призна- ла — «сменщицей» называла в душе. Сразу определила, хотя не такую думала увидеть. Сильная, крупноватая, высокая, глаза лучистые, свет- лые. Сама спокойная. Большая такая. «А я ее почему-то Алёнушкой представляла, девочкой шестнадца- тилетней, а это — пава. Положительная такая… Правда, если ты такая положительная, — подумала Галина про себя, — чего к мужику сама бе- гаешь?» Но после короткого разговора с той девушкой перестала Галина мельника посещать. Очень страдала. Скучала. Особенно в летние тихие вечера. Мельник женился, дочка у него родилась. Пришла Галина в церковь. Тогда народ еще мало в церковь ходил. Никого там почти не было. Батюшка исповедь принимал. И пошла Гали- на на исповедь. Поплакала. Покаялась в своем грехе. И, наконец, совсем успокоилась. Но на речку ходила, там заросли облепиховые, на зиму ж надо облепиху заготовить. От места этого облепихового не видно ни дома мельникова, ни даже мельницы высокой, потому что его дом там, за полем. Многие у нас в поселке, когда заленятся, берут грех на душу, налома- ют колючих облепиховых веток и тюком большим, в мешковине, тартают к дому побыстрее, чтоб люди не видели. А дома там уж ягоды соберут неторопливо. Ну и Галина так же. Благо дом ее на окраине почти. А в этот раз Галина облепиху в ведро собирала. — Медленно, но верно, — говорила она сама себе. В эту осень хлеба долго не убирали. Сначала были дожди, потом сразу засуха. Хлеба лежали и не вставали. Галина почти уж ведро облепихи набрала, чувствует — дымом несет. Вышла от реки, смотрит: по полю дымки. А кое-где и огоньки пламени. Пошла она побыстрее к тропке своей. Идет, а по бокам огоньки ее сопро- вождают. Слабые такие, но путь метят. Как ветерок рванул, те огоньки вспрянули вверх — и жаром по ее ногам. Галина бежать. Смотрит, на- встречу ей девочка лет семи-восьми бежит. Напуганная, скачет как коза. Огонь ее подгоняет, понятно. Но вот ветер ушел. И опять мирное поле, и слабые огоньки лежат, текут. Галина к девочке. Та головой мотнула — поздоровалась и дальше бежит. Галина уж поняла, куда она бежит. Дочка мельника, конечно. А ветер снова рванул. Девочка заметалась. Иногда пропадала в по- рывах дыма. Галина в тревоге — за ней. Остановилась. Смотрит — вро-