Сибирские огни, № 3, 2014

ВЛАДИМИР СКРАЩУК. САМОЕ ГЛАВНОЕ дарность от командира дивизии. Для него это было чем-то вроде завершаю щего мажорного аккорда в разыгранной как по нотам «операции по задержа­ нию преступников, совершивших дерзкое нападение». Фамилия майора Луч­ никова стала синонимом словосочетания «криминальные элементы в ар­ мии», а бедную полигонную команду в поисках соучастников в полном соста­ ве на несколько недель переселили на гауптвахту и допрашивали едва ли не круглые сутки. о Результатам операции было посвящено несколько совещании и офицер­ ских собраний. Разведчиков, лично участвовавших в погоне и задержании, представили к наградам — Иванова, по слухам, даже к ордену. Иванов, на­ смотревшийся на обратной дороге картин «морального разложения» офице­ ров, сидевших без толку в оцеплении, оценил хоть и мрачных, но трезвых подчиненных Самсонова, и несколько раз предлагал ему подписать контракт и перевестись к нему в батальон. Юрский ничего не видел, но даже в его глазах Самсонов блеснул, вернув все до единого патроны, а не горсть гильз. Хвалить кого-то или ставить в при­ мер _ такого у подполковника не было заведено, но для неудачливых охотни­ ков у него нашлось немало ехидных слов и вполне материального дерьма, ко­ торое многим пришлось разгребать в прямом и переносном смысле. Самсо­ нов никак не мог поверить, что это простое совпадение, но буквально на сле­ дующий день после поимки убийц на втором этаже казармы, в зенитном ди­ визионе, забилась труба, залило гордость Юрского, образцово-показатель­ ную казарму танкового батальона. Это событие обсуждали дольше, чем мало кем виденное тело убитого солдата и груду блестящих гильз, из-за которых его убили. В полку многие и не хотели, чтобы эту историю вспоминали. Наказали Мамонта —он должен был ехать с проверкой, но просто позвонил начальни­ ку караула и попросил сделать запись за него. Начкар — будто по предчув­ ствию — записал, что Мамонт проверял именно убитого, который в эту ми­ нуту уже остывал на ветру. Наказали начкара —за низкую дисциплину. Что- то там произошло между комдивом и комендантом, после чего подполковник исчез из городка, а через несколько месяцев вернулся, на этот раз как прове­ ряющим из штаба корпуса. Была еще горсть выговоров Цветкову, Сысоеву, едва ли не поголовно всему артдивизиону, Зюзе и Баринову, на которых мсти­ тельный зампотех дивизии все-таки написал рапорта... Последним эхом стали похороны убитого солдата. Родственники не могли приехать за ним почти две недели, в конце концов комдив приказал погру­ зить гроб в автобус, посадил туда же дивизионный оркестр, шесть солдат с ав­ томатами и старшим команды —Самсонова. В городе, где парень жил до при­ зыва (Самсонов гадал, что было бы, если б он вырос не в двухстах километ­ рах, а где-нибудь в Калининграде), генерал в парадной форме при всех рега­ лиях поставил на уши военкомат, землекопов на кладбище, школу, родствен­ ников —всех, до кого мог дотянуться своими накачанными руками. На старом кладбище, под быстро засыпающим все вокруг снегом, генерал произнес десятиминутную речь о погибшем. Самсонов, на котором генерал ночью в автобусе проверял впечатление, с трудом верил, что буквально не­ сколько часов назад этот же самый человек, вещающий о выполнении боевой задачи в мирное время, говорил об убитом как о бестолковом человеке и пло­ хом солдате. Впрочем, когда прогремел третий выстрел, отзвучала последняя нота и кладбищенские рабочие последний раз хлопнули лопатой по могиле, пришедшие на похороны горожане быстро разбежались. Самсонов подумал, что здесь парня ценили не очень высоко. Снег прекратился. Пока солдаты вколачивали в мерзлую землю краше­ нную светло-голубой краской оградку, Самсонов еще раз огляделся вокруг. Черные деревья, будто нарисованные углем на листе бумаги, расступались, образуя что-то вроде короткой аллеи. Могилу выкопали в дальнем от дороги ряду, в тупике. Справа от рядового Ерохина место еще не было занято, а сле­