Сибирские огни, № 3, 2014

вой ковровой дорожкой, стены обиты аккуратными деревянными панелями, вдоль стен —мягкие стулья. Одна из дверей открылась. Навстречу Самсонову шагнул сосед по обще­ житию — невысокий круглолицый лейтенант в очках с толстыми стеклами. Самсонов удивился: в петлицах соседа были такие же, как у него, артилле­ рийские эмблемы. —Здравствуйте! —улыбнулся лейтенант. —Вы к кому? По какому вопро­ су? Самсонов объяснил. Лейтенант понимающе покивал и сказал: —Идем. Мне тоже к Илье Георгиевичу. Прокурор оказался пухлым мужичком с хитрой улыбкой и ярко-синими глазами. Розовая лысина просвечивала сквозь длинные волосы, зачесанные от правого уха к левому. «Прическа называется “банановый лист”», —вспом­ нил Самсонов. Впечатление получалось скорее комическое, чем грозное. Майор вышел из-за стола и, протягивая Самсонову руку, заговорил: —Добрый день, добрый день! Присаживайтесь. Так как вы сказали, из ка­ кого вы полка? Самсонов, который не успел сказать ни слова, растерялся: — Из сто седьмого, — и, предупреждая новые вопросы, заторопился: — Лейтенант Самсонов, минометная батарея первого батальона. — Отлично! —расцвел майор. — Посмотрим, что мы можем для вас сде­ лать. Он подошел к высокому шкафу, выдвинул один из ящиков и, быстро ше­ веля короткими пальцами, зашуршал карточками: — Сто седьмой, первый мотострелковый... Ага! Знакомьтесь — ефрейтор Катаев. С видом удачливого фокусника майор выложил перед Самсоновым фото­ графию. Карточка была мутная, увеличенная, из заведенного уже в полку личного дела. На фоне простыни, прибитой к стене бытовки, был запечатлен широкоплечий парень с необычной для солдата первого года службы уверен­ ной улыбкой. Форма была мятая —видимо, фотографировали сразу после за­ числения в полк. Самсонов посмотрел на обороте: «Катаев. 1976 г. р. ВУС 195000». Более ничего примечательного Самсонов не нашел и положил кар­ точку на стол. Майор перестал улыбаться. —Скажите, а почему у вас в полку столько ефрейторов? —Командир говорит, что солдат —или ефрейтор, или сидит на гауптвах­ те. Майор покивал: — Понятно. Только все чаще ваши ефрейторы оказываются даже не на гауптвахте, а в СИЗО. Вот постановление об аресте ефрейтора Катаева, са­ мовольно оставившего воинскую часть двадцать пятого января прошлого года. —Но это не наша часть. —Это корпусной госпиталь. Ефрейтору пробили голову «тупым тяжелым предметом, предположительно, табуретом». Из госпиталя бежал, хотя по факту неуставных отношений было заведено уголовное дело. Установлено, что в настоящее время проживает по адресу: Замайск, улица Садовая, дом но­ мер сто девяносто восемь. Ваша задача —привезти постановление в горотдел милиции, присутствовать при аресте, вернуться и доложить. Этапирование — проблема милиции. Все ясно? Голос майора к концу речи понизился. Самсонов понял, что внешность — только удачное прикрытие, может быть, даже культивируется сознательно. Самсонов вскочил: —Так точно! —О, все бы так! —майор протянул Самсонову постановление и фотогра­ фию. —Удачи. А вас, Исаев, попрошу остаться. Самсонов сразу вспомнил сцену из «Семнадцати мгновений весны». Мыс­ ВЛАДИМИР СКРАЩУК. САМОЕ ГЛАВНОЕ