Сибирские огни, 2012, № 5

матично сложился для него 1928 год, когда в марте на литературном небосклоне Новоси­ бирска возникла группа «Настоящее» с ее ли­ дером Л. Курсом, который публикует в газе­ те «Советская Сибирь» разгромный фелье­ тон «Кровяная колбаса», где, по сути, пере­ черкивает все творчество Зазубрина. «Насто- ященцы» печатают еще ряд материалов та­ кого же пошиба о «Сибирских огнях» и про­ изведениях их главного редактора. Травля Зазубрина принимает беспрецедентные мас­ штабы и разнузданные формы. В апреле 1928 года Владимир Яковлевич пишет Марку Азадовскому: «Вы знаете, что бывают в жизни чело­ века такие периоды, когда он выдерживает, с одной стороны, жесточайший напор “среды”, с другой — решает крупно сломать свою “био­ графию”. Я сейчас именно в таком положе­ нии. Последние недели для меня обмазаны мерзостной тиной склок и боев в стакане воды. Я человек темпераментный, я ушел весь в борьбу, а потом вдруг понял, что все это “су­ ета сует”, что мне необходимо все это оста­ вить и заняться исключительно литературной работой. Я сейчас раскачиваюсь для того, что­ бы бросить Союз писателей, “Сиб. Огни” и проч.» [5]. Но «раскачиваться» Зазубрину не дали. События нарастали с такой лавинообразной быстротой, что готовый в принципе ко все­ му Владимир Яковлевич тем не менее был растерян, «ошельмован и потрясен». Уже в июле 1928 года бюро Сибкрайкома ВКП(б) выносит резолюцию о журнале «Сибирские огни», в которой обвиняет его руководство в целом букете идеологических грехов, после чего Владимира Яковлевича немедленно ос­ вобождают от работы в редакции и Союзе сибирских писателей. Отлученный от литературной жизни Сибири, Зазубрин переезжает в Москву, где работает сначала в Госиздате, а затем в осно­ ванном Горьким журнале «Колхозник». Но и связей с Сибирью не прерывает: наезжает временами в Новосибирск и на Алтай, где собирает материал для своего нового романа «Горы» о коллективизации. Владимир Зазубрин был прозорливым человеком. Тем не менее, создавая повесть «Щепка» и задумываясь в ней о революцион­ ном терроре, о том, чем может обернуться он для народа в целом и для отдельной личнос­ ти в частности, писатель вряд ли мог преду­ гадать, что чаша сия не минует и его. Но так и случилось: в 1937 году как «враг народа» Вла­ димир Яковлевич был арестован и 27 сентяб­ ря того же года расстрелян. Но до этого будет еще целое десятилетие столичной жизни. А тогда, в 1928 году. За­ зубрин, отбывая из Новосибирска в подавлен­ ном состоянии, удовлетворен был только од­ ним обстоятельством: «Сибирские огни» ос­ тавались на попечении достойного во всех отношениях человека и литератора. Звали его Вивиан Азарьевич Итин. Как и Зазубрин, он не был коренным сибиряком, как и его предшественника, занесли Итина в будущую столицу Сибири революционные ветры. Определенные черты сходства наблю­ даются и в их жизненных путях. Фактически ровесники (разница между ними всего в один год), оба и в «Сибирских огнях» появились почти одновременно. И даже из одного гео­ графического пункта прибыли... Родился Вивиан Итин 26 декабря 1893 (7 января 1894 по н. ст.) года в Уфе, где в 1912 году с отличием окончил реальное училище и отправился в Петербург, чтобы учиться в Психоневрологическом институте. Годом поз­ же перевелся на юридический факультет Пе­ тербургского университета. После его оконча­ ния работал в наркомате юстиции. А летом 1918 года, приехав в Уфу повидаться с род­ ными, уже не смог вернуться назад из-за вос­ стания белочехов. Итин устроился перевод­ чиком в американскую миссию Красного Кре­ ста и отправился с ней через Сибирь и Япо­ нию в США. Но, оказавшись в местах боевых действий, бросил миссию и перешел в Крас­ ную Армию. С частями Пятой армии Итин прошел с боями всю Сибирь. Благодаря сво­ ему юридическому образованию — стал чле­ ном революционного трибунала. В 1920 году на исходе Гражданской войны Итин вступил в партию большевиков, был назначен заведо­ вать отделом юстиции в Красноярске. Одно­ временно в местной газете «Красноярский рабочий» он редактировал «Бюллетень рас­ поряжений» и литературный уголок «Цветы в тайге». Здесь Вивиан Итин опубликовал и первые свои стихи, хотя пробовать себя в сло­ ве начал еще в студенческую пору. В 1922 году Итина переводят на работу в исполком уездного городка Канска. По­ скольку оказался он здесь единственным че­ ловеком с высшим образованием, то и круг его обязанностей был весьма широк: Вивиан Азарьевич совмещал должности заведующих отделами агитации и пропаганды, политичес­ кого просвещения, местного отдела РОСТа,