Сибирские огни, № 3, 2010

ВИТАЛИЙ ЩИГЕЛЬСКИЙ № ВРЕМЯ ВОДЫ В Александровском парке непонятные люди стреляли друг в друга из помповых ружей, не шариками с краской, надо думать. Я заметил двоих, лежащих на земле в неестественных позах. На следующем перекрестке нас чуть не сплющил в лепешку пролетевший на красный свет грузовик, полный вооруженных винтовками матросов. Вася едва ус­ пел затормозить. Двигатель заглох. Парень попытался выбраться из машины с кри­ ком «наши», но я поймал его за шиворот одной рукой, другой взялся за бутылку: — Заводи! Василий поехал вперед. Вокруг творилось что-то неладное, не запланированное ни Косбергом, ни Моск­ вой. То и дело нам на глаза попадались разбитые витрины и сгоревшие автомобили. Поражало количество вооруженных людей. И никто не пытался прекратить столкно­ вения. Казавшийся незыблемым порядок начинал рушиться, причем рушиться стре­ мительно. Чем больше я смотрел по сторонам, тем меньше понимал, кому сейчас следует помогать, с кем бороться, что делать и куда ехать. Долг требовал немедленно рвануть в штаб на Фонтанку, призвать верные подразделения и пойти в атаку или, хотя бы, занять оборону. Зов природы, подсознательная тяга к продолжению рода в минуты опасности заставляли продолжать поиски Кати. Вот только где мне искать их? Ее и ее? Тетрадь и Катерину?.. Время работало против меня, а в арсенале не было эффективных поисковых средств, кроме виски. Победу мог обеспечить только оригинальный нестандартный ход. Призывая на помощь внутренний компас, я поступил так, как поступил бы на моем месте Косберг. Я взял в руки бутылку и сделал самый большой глоток, на какой был способен. На вкус виски оказался терпким, крепким и по-хорошему ядовитым. Когда же его обжигающий ручеек побежал по кишкам, я почувствовал, что все его молекулы несут в себе некое знание, оно подсказало мне, что лучший ход в сложив­ шейся ситуации — это Г-образный, молниевидный, кривой ход конем. Прыжок без разбега через забор. Чтобы осуществить такой сложный ход, нужно в правильной пропорции соединить силу интуиции и силу виски. Я сказал: — Господа, хватит этого грязного быта! Мне кажется, мы уже не сможем изме­ нить то, что происходит в городе. А поэтому и не будем. К черту революцию, к черту политику, к черту капитализм, к черту буржуазию! Я ищу женщину! Женщину, по­ нимаете? Поэтому пейте! Пейте, господа! Это последний штурм! — Не буду, — буркнул парень, уткнувшись носом в воротник пальто. — А я — с удовольствием, — не отрывая взгляд от дороги, Василий вытащил флакон из коробки и с хрустом свернул ему горло. — Ух, хорошо, — через минуту выдохнул он, протягивая напиток пленнику. — Пей, студент. — Не буду, — повторил тот, но взял. А взяв, принялся крутить бутылкой в руках, видимо, решая, попытаться ударить кого-то из нас или выпить? И поступил, как большинство взрослого населения, то есть выпил. Я сделал свой глоток вслед за ними. Вася выключил музыку и два квартала мы проехали в тишине, после чего повто­ рили круг. — Ну, мир меняется? — спросил я, ощущая, как мой внутренний компас мони­ торит покрытое легким туманом пространство города. Удивительно, как легко разруха, грязь и бардак вернулись обратно. А может быть, никакого порядка и не было? Может быть, мне так только казалось? Ну да хрен с ними, я ехал за Катей. — Мир меняется? — повторил я. — Еще как! — осклабился Вася. — Но для полной картины надо бы маленько добавить.