Сибирские огни, № 3, 2010

— Вижу в зимнем печальном убранстве в слабом свете прощальной зари горький март, мёртвый остров Даманский, битый лёд на реке Уссури. На границе сегодня затишье. Внепривычной для вас тишине что вам снится, родные мальчишки, уходившие в бой по весне? Снится в вешнем спокойном убранстве в нежном свете рассветной зари отчий дом, русский остров Даманский, чистый лёд на реке Уссури... МИФЫ 69-го Возможно, к центру нас подвезли на машинах. С «Шестого километра», где размещался отдельный военно-морской радиотехнический дивизион особого на­ значения — проще говоря, разведка, — строем было идти долго. Возможно, нас подвезли на машинах, но — это помню хорошо — со стороны главной площади Владивостока, от памятника Борцам за власть Советов, по улице Ленинской мы дви­ гались походной колонной: с барабаном и Военно-морским флагом в голове, с флаж­ ковыми впереди и сзади строя. На сцене большого зала Дома офицеров Тихоокеанского флота их было, навер­ ное, человек пять — в парадной форме с зелёными погонами, новенькими медаля­ ми на груди, и кто-то с орденом Красного Знамени — может быть, сержант В. Каны- гин, может, младший сержант П. Ковалёв. Из их рассказов сегодня могу вспомнить один-единственный эпизод. Боец заставы Нижне-Михайловская бежит из казармы по команде «В ружьё!», падает в снег, устанавливает ручной пулемёт и стреляет, стреляет, стреляет. Ему подтаскивают патроны, потом доставляют новый ствол на замену перегревшемуся. Боец, обжигая руки, снимает старый, бросает его в снег, и снег кипит, протаивая под раскалённым металлом до земли... Помню чувство не разочарования, но неудовлетворения — мы хотели знать больше, чем рассказали пограничники. Моряки, не сведущие в сухопутных делах, мы, однако, подозревали, что на Даманском что-то происходило не так, как писали газеты. Вероятно, это ощущение неполной правды и желание знать всю правду спо­ собствовали появлению разных предположений, «достоверных» версий и, в конеч­ ном счёте, породили красивые мифы, в которые мы поверили. Самый фантастичес­ кий и яркий из них — об участии в боях на Даманском морской пехоты. Она в ту пору создавалась на ТОФ: первая часть её разворачивалась неподалёку от нас, и морпехи в шикарном чёрном ходили, ещё не имея своей, в баньку разведдивизиона. Теперь можно сколько угодно потешаться над этим, но какое-то время после службы во Владивостоке не я один рассказывал всем интересующимся неслучив- шуюся историю с такими подробностями, как будто видел своими глазами, как это было. Маршевая колонна морских пехотинцев по тревоге стремительно ушла в рай­ он конфликта: командующий флотом адмирал Н.Н. Амелько лично провожал её, стоя у обочины дороги и отдавая честь бэтээрам. Морпехи посочувствовали по- гранцам, серые шинели которых были отлично видны на белом льду Уссури и делали стражей границы лёгкой добычей врага. Облачившись в маскхалаты, наши «чёрные дьяволы» пошли в атаку, падая, перекатываясь и метко паля из автоматов, красивы­ ми, как в кино, перебежками преодолели открытое, насквозь простреливаемое про­ странство реки и без малейших потерь выбили с родной земли всех «хунвейбинов- цзяофаней» Молва связывала с грамотными и героическими действиями морской пехоты повышение командующего флотом — именно в 1969 году Николай Николае­ вич Амелько был назначен заместителем Главкома ВМФ. Второй миф не более правдивый, чем первый, абсолютно противоречил ему, но мы почему-то не замечали этого и искренне верили в достоверность того и дру­ гого Это была замечательная история: наши, то есть флотские, командиры не стали рисковать жизнями матросов, а без согласования с верхами, рискуя, что называется, ^ ВЛАДИМИР ТЫЦКИХ ЧТО ВАМ СНИТСЯ, РОДНЫЕ МАЛЬЧИШКИ?