Сибирские огни, 2008, № 2

ний. Гранильная мастерская была устроена сначала в Локтевском заводе на Алее и к концу XVIII столетия перенесена на упраздненный Колыванский завод. Понемногу здесь начали выделываться чудовищной величины безделушки и украшения. В опи­ саниях Н.М. Ядринцева перечислены наиболее известные уже в его время изделия из зелено-волнистой ревневской и серо-фиолетовой Коргонской (в современном написании) яшмы и даже указана их тогдашняя цена. «Колыванская фабрика, — писал Николай Михайлович, — наполнила наш Эрмитаж и множество дворцов са­ мыми дивными произведениями...» Предметы эти производились при обязатель­ ном труде, так как к заводам было приписано все алтайское население, и рекрутиро­ валось множество мастеровых взамен военной службы. Сюда свозились целые ска­ лы из далеких неприступных высот алтайских хребтов... В 140 верстах от фабрики находится Кортонская каменоломня, здесь дикое ущелье с отвесными скалами, уте­ сами, безднами и вечно грохочущими ручьями, которые носят местное название «громотух», «шумилих» и т.п. Выломать и вывезти отсюда камни стоило неимовер­ ных трудов. Старожилы рассказывали Ядринцеву, что камень для яшмовой чаши из Кортона тащили на себе 200 человек. Эти тяжести плавят по горным рекам, потом везут гужом до фабрики. Здесь камни начинают обделывать и гранить, и это продол­ жается годами. Ядринцев описывает тяжелый труд заводских рабочих правдиво, с большим сочувствием к ним. «До сорока мастеровых ежедневно занято работой на станках. Все гранильные станки приводятся в движение одним водяным колесом, которое связано блоком и шкивом с отдельными станками; около каждого сидит со впалой грудью мастеровой и с утра до вечера направляет камень по точилу с наждаком. Чтобы оценить эту тяжелую работу, достаточно сказать, что сделать какую-нибудь ничтожную пепель­ ницу — нужно неделю труда; огранить какое-нибудь пресс-папье нужно работы месяц и более — сколько же нужно было иметь времени для огромных поделок, требующих искусства! Для частных заказчиков мало-мало сносные вещи обходятся в 30-40 рублей, поэтому заказов почти нет. Жалование рабочие получают: при ежед­ невной работе лучшим мастерам 150 рублей в год; обыкновенные работники полу­ чают от 6 до 9 р. 30 к. в месяц, мальчики — 3 р. и 4 р 50 к. в месяц. Поденная плата рабочим 20 и 25 к., мальчикам дают 10 и 15 копеек. Жалование это несколько ниже, чем платит в хорошее время крестьянин своему работнику. Экономическое положе­ ние мастеровых поэтому крайне неудовлетворительно. Заводское селение представ­ ляет всегда крайне бедный вид: убогие, покосившиеся домики, иногда с брюшиною (бычьим пузырем? — В.З.) в окнах; хозяйства около этих домиков — никакого. Видом и удобством отличается разве единственный дом — управляющего. Надо отдать справедливость: где бы мы ни заезжали в Алтайском горном округе, мы нахо­ дили всегда в домах управителей казенным хозяйством самый изысканный комфорт, дорогую мебель, художественные произведения, прекрасных лошадей и т.д. Подоб­ ная жизнь стоила при выписке всего из столиц от 5 до 10000 рублей в год. О получа­ емом содержании этих управителей мы не имеем понятия. Всегда около подобных домов разбиты прекрасные сады; их украшают клумбы цветов, уединенные беседки, иногда из соседнего пруда проведен фонтан. Здесь вы услышите фортепиано, увидите модный петербургский роман, встретите иллюстри­ рованный журнал, найдете завтрак с прекрасными винами, вкусную сигару... Бар­ наул особенно любит угощать путешественников, и даже знаменитые желудки бре­ менской экспедиции, отличавшиеся огромным истреблением яств и питий, чему подивились даже сибиряки, остались вполне довольны, так как их угощали и дупель- шнепами, и шампанским: подобные обеды стоили несколько сот рублей. Казенное хозяйство Колыванской фабрики гораздо меньше других заводов, так как на содержание отпускается всего 20000 рублей в год. Жизнь служащих здесь поэтому более скромная. Обыкновенно сносною жизнью пользуются нарядчики, мастера; остальные рабочие влачат весьма жалкое существование». В очерках о Колыванской фабрике Н.М. Ядринцев выступает как беспощадный и правдивый исследователь социального положения и нравов, царящих на казенных предприятиях, ответственность за которые целиком ложится на высшую власть и местное чиновничество. В разоблачительном пафосе публицист болеет душой прежде всего за рабочего человека. «Не редкость семья, где хозяин или взрослый работник-сын, вечно сидя за стан­ ком, вкладывает в бюджет не более 6 рублей в месяц, а в семействе беспомощная мать-старуха, сестры. Остаток времени от заводской работы ничтожный, сбыта сде­ ланных на дому изделий нет. Между тем потребности мастерового шире крестьянс­ ких: он носит пиджак, семейство привыкло всякий день к чаю и вот это забитый, ВИТАЛИЙ ЗЕЛЕНСКИЙ £0^ ВЕЛИКИЙ РАДЕТЕЛЬ СИБИРИ