Сибирские огни, 2007, № 1

ЯРОСЛАВ КОСТКЖ ВМЕСТИЛИЩЕ Андрей предпринял новую попытку пробиться к заданию Конторы. Он уже знал, что его ожидает, и в этот раз действовал намного энергичнее: лихо орудовал локтями и, потеряв всякую застенчивость, нахально вклинивался вмалейший зазор. Пробираясь вперед, он обнаружил, что безликая со стороны толпа — не так уж и безлика. В обхдую инертную массу затесалось немало молодых людей весьма креп­ кого телосложения. Они все что-то прятали под куртками и слонялись вроде бы без дела, но почему-то с очень тяжелыми лицами. Можно прийти к выводу, что здесь, внутри, тоже что-то затевается. В самом центре площади, вокруг большого костра, обосновался табор цыган— этим, казалось, было совершенно наплевать на все, что здесь происходит. Они про­ сто встали табором. Андрей не поверил глазам: «Цыгане! Надо же — цыгане!» А спустя минуту площадь преподнесла ему новый сюрприз— палаткуКрасно­ го Креста. «О, господи! Что здесь делает Красный Крест?» Перед палаткой белокурая докторша что-то доказывала высокому военному. — А я вам говорю, что это противоречит международной конвенции! — напи­ рала она. Военный холодно смотрел на нее сверху вниз. Но вдруг взорвался: — Да насрать мне на вашу конвенцию! — он широко раскинул руки. — Пони­ маете? Нас-ра-ать!.. — Что? — белокурая докторша несколько раз неуверенно повторила слово по слогам. Наконец поняла и вспыхнула.— Да как высмеете? Вы!.. — она задохнулась. — Вы... последний свинья! — Слушайте, дамочка... — зашипел военный. Откуда-то выскочил огненно-рыжий спаниель и, дружелюбно махая хвостом, подбежал кАндрею. Он обнюхал его сапоги и доверчиво ткнулся владонь. — Ну что, бродяга? — спросил Андрей. — А тебе все нипочем? Да? Спаниель встряхнулся, громко фыркнул и убежал. Андрей направился к зданию, выкрашенному в цвет грязной охры. Это и была Контора. Все окна здесь были черными. Между ним и толпой пролегала полоса отчуждения— из колючей проволоки, залитого светом прожекторов пространства и тройного оцепления. Люди здесь толклись нерешительно, готовые в любой момент отхлынуть. Прямо на них были нацелены черные дула автоматов. А между тем, ос­ тальная часть площади гудела и гудела — и это была тревожная и устрашающая симфония. Андрей уже собирался пройти к оцеплению и предъявить пропуск, когда его окликнули. — Андрей! Он обернулся. Это был Палтыш. — Уму непостижимо! — Палтыш с геркулесовой крепостью заключил его в объятия. — Так и думал, что тебя здесь встречу. Глаза у него слезились, и он часто моргал. — Это— Армагеддон! — возбужденно крикнул он. — Последний рубеж! — он каркающе закашлялся. У Андрея по спине пробежали мурашки. — Ты знаешь, зачем они здесь собрались? Думаешь, они возмущены? Они боятся! — Постой, — сказал Андрей. — Объясни толком, что здесь происходит? Палтыш скорчил восторженно-отчаянную гримасу. — Это просто! Слушай! Я, как был в гражданском, так и сиганул сюда! Понял? -Н у . . . Палтыш осклабился. — А через минуту подкатывает ко мне бугай и без всяких предисловий монти­ ровку в руки сует. Понял? — Понял.