Сибирские огни, 2007, № 1

Она пыхнула папироской, взмахнула мундштуком, лукаво улыбнулась и вдруг стала похожа на беззастенчивую, библейской древности, проститутку. И кудатолько подевалась прежняя Розалия Аароновна? — Я ведь тоже все понимаю!.. — она сощурилась, выпустила дымок и загово­ рила совсем другим, заговорщицким тоном: — Я умная, проницательная женщина, Андрей... В этом Андрей не сомневался. Она потуже затянула халат, оправилась и обхватила себя за локти. — Я многое видела в жизни и многому знаю цену. Вы можете обмануть Ироч­ ку, но меня вы не обманете. Андрей открыл рот, чтобы ответить. — Не надо, не отпирайтесь! Я все знаю! Ира сказала, что выработаете в каком- то музее. В краеведческом, так ведь?.. — она стряхнула пепел прямо на паркет. — Чушь! Я знаю! И это по вам видно! — ?.. — Выправка. Не забывайте, у меня муж был военным переводчиком... — она обвела комнату рукой, мундштук оставил в воздухе тонкий след.— Взгляните на это. Здесь целая жизнь! И потом, я знаю, что такое исторический консультант! Они все немножко того, как из-за угла пришибленные. — Я... — Не говорите!.. Вы любите ее! И так вижу! Она изменилась. Видели бы выее раньше! Вы военный, Андрей. Не буду вас спрашивать, в каком вы чине. Мне этого не нужно. Жизнь учит как можно реже интересоваться такими вещами. Об одном только вас прошу: пусть Ирочка ничего не знает. Андрей снова открыл рот, на этот раз от удивления. Ира уже давно работала в лепрозории и знала достаточно много. Он нахмурился. Ему показалось, что так бу­ дет лучше всего. — Вы правы, — сказал он. «Да-да, вот так солидно, со всей внушительностью, чтобы не оставить и следа сомнений...» В комнату вошла Ира. — A-а, вот выгде,— сказала она.— О чем выздесь секретничаете? А мы уже и налили по новой! — Так чего же мыждем? — вскричала Розалия Аароновна и потащила Андрея за руку. — Скорей к столу! На выходе из библиотеки она прижалась к нему и заговорщицки шепнула: — Так вы мне обещаете? Андрей через усилие кивнул, так как тетка до боли, какщипцами, сдавила ему запястье. — Устроим разврат! —■сказала она громко... Разврат действительно удался на славу. Розалия Аароновна хохотала и вытирала слезы платочком, а Андрей превзошел самого себя, рассказав несколько анекдотов из репертуара Палтыша. Дед тоже не отставал, он уверенно расписывал подвиги командарма, придавая ему совсем уж мифические черты. «Мускат черный» был опорожнен вдва счета и на стол были торжественно выставленыдомашние припасы в «плетеных» бутылках. Опять накрутили граммофон, и под «случайный вальсок» Андрей закружился с Иркой в танце под умильные взгляды и обтирания платочком уголков глаз Розалии Аароновны. Андрей совсем не умел вести в танце, он порядоч­ но захмелел и полез было целоваться, но натолкнулся на сопротивление — после чего разочарованно притих. ЯРОСЛАВ КОСТЮК