Сибирские огни, 2007, № 1

ТАТЬЯНА ИЛЬДИМИРОВА СОЛНЦЕ Давно не случалось дня, под завязку заполненного таким тягомотным бездель­ ем. Оксаналежала на второй полке, листала путеводитель, поглядывала, какза несве­ жим купейным окном бежали друг за другом Россия, Беларусь и Польша, слипшие­ ся в одно бесконечное заоконное пространство, состоящее из серых полей, лесков и редких скособоченных деревень. На станциях вдоль вагонов бегали-торопились тор­ говки пивом, нехитрой рыбной закуской, мороженым, крупной викторией в кульках, свернутых из газетной бумаги, и «желтой» прессой с отталкивающими руку заго­ ловками. За два дня до поездки, повинуясь внутреннему порыву— что-то изменить, если не в своей жизни, то хотя бы в своей внешности, Оксана зашла в парикмахерскую и подстриглась очень коротко, под мальчика, с густой челкой, как ходила в старших классах. И теперь, натыкаясь на тусклое вагонное зеркало, она не сразу узнавала свое отражение. Из зеркала смотрел на нее почти забытый человек: встретила бы на улице— прошла бы, не заметив, как мимо бывшей приятельницы-одноклассницы, ушедшей из школы в восьмом, а из памяти— в половине девятого. Ночью Оксана то и дело просыпалась от беспокойных звуков поезда: ощущение того, что она находилась внутри чего-то живого, движущегося, не приносило рас­ слабленного сонного покоя. Особенно жутко ее снам становилось, когда поезд после короткой стоянки дергался, торкался туда-сюда и постепенно брал разгон. Оксана открывала глаза и видела прижавшуюся к окну глубокую синь с примесью черного, коробку сока на столике и тоскливо стоящие на полу опустевшие босоножки. Часы честно показывали восточно-европейскую ночь. К Оксане снова подкра­ дывался мучительный сон о том, что ее похитили и теперь куда-то несут на руках торопливыми, чтобы никто не догнал, шагами. Поезд неустанным перестуком пере­ считывалшпалы, и от такого звука, как от метронома, в полуспящей голове пробуж­ далась стягивающая боль. Прибыть должны были к семи утра. Проснувшись врассветно-серые пять, Ок­ сана перестала пытаться уснуть. Она свернула и закинула на верхнюю полку по­ стельное белье, допила сок, покрасила ресницы в водостойкий черный цвет и снова открыла путеводитель. Первое чувство, непроизвольно охватывающее при приближении к городу, — боязнь разочарования колется в солнечном сплетении и отдается в желудке. Так бывает всегда: по дороге придумываешь целый мир, селишься в нем, за две ночи и один день в узком купе успеваешь с ним сродниться, а реальность всегда оказывает­ ся на миллиметр, но искаженной. Чехия из вагонного окна сердилась, туманилась и грязнела. Поезд притормажи­ вал около каждой станции, и Оксана успевала разглядеть местных жителей, дремлю­ щих сидя и стоя в ожидании ранней электрички. Все, даже смешно, с большими клетчатыми сумками и нехитрым сельскохозяйственным инструментом. Дачники. По платформе прошлепал одетый в старье мужичок с граблями. Получасом спустя невыспавшуюся группу встретила гид Ганна— «Ха-аа-ана» — она себя называла протяжно. Ганна была чешка, по-русски говорила забавно, с украинским акцентом. Пятнадцать взрослых людей суетились вокруг нее, как пер­ воклашки вокруг учительницы, и наперебой задавали известные вопросы: что? где? когда?— в ответ Ганна раздавала протянутым рукам программки тура и кар­ ты города. В сероватом утреннем воздухе витало российское вокзальное, совсем не загра­ ничное. Вокзал, как пиджак бедного старика, выцвел и пах застарелым потом. Будто поезд совершил бесцельное путешествие по ленте Мебиуса, вернувшись в ту же точку, из которой выехал. Оксана хотела только одного— спать на чистом, белом, теплом и неподвижном. И хотя она прилипла к окну так же, как и остальные пассажиры туристического автобуса, она не запомнила ничего из увиденного кроме ярко-красного трамвайчи­ ка, бегущего так быстро и по таким извилистым улочкам, будто он убегал от врагов, заметая следы. Про гостиницу подумала: «Как у нас», про себя отметила: как хоро­ шо, что мальчик-администратор говорит по-русски; с попутчиками по зеркальному лифту, японцами, поздоровалась почему-то на французском, старалась не смотреть