Сибирские огни, 2007, № 1

— Но чего же она так боится? — Это всё слуховые галлюцинации, бред преследования, что ж выхотите?— и он пожал плечами. — Впрочем, если уж вы так за нее волнуетесь, я скажу, чтобы Галю привели сюда— убедитесь сами. И он отдал по телефону соответствующее распоряжение. Минут через пять две санитарки и медсестра привели Галю. Руки ее были связаны за спиной мягкими тряпичными вязками. Галя была бледна, пугливо озиралась по сторонам и даже на меня смотрела со страхом. — Здравствуй, Галя,— приветствовал ее главврач улыбкой. — Какты себя чув­ ствуешь? — Пожалуйста, не убивайте, — прошептала она и опустилась перед ним на колени.— Пожалуйста... — Ну вот, видите?— сказал он, обращаясь ко мне. — Она совершенно не адек­ ватна. Вся во власти бредовых переживаний. Если мы ее выпишем, она может бог знает чего натворить... страшно даже представить... — А вот это уж будет не ваша забота! — громогласно воскликнул, распахивая дверь кабинета, высокий широкоплечий мужчина в длинном черном пальто, корот­ ко стриженый, смуглолицый.— Я ее забираю! — Папа! Папочка! — крикнула Галя, рванувшись к незнакомцу. — Спаси меня, папа! — Будь спокойна, доча, — он притянул ее к себе, быстро развязал ей руки, оттолкнул санитарок: — Брысь! — потом сказал Серафиму Трофимычу: — И не пытайтесь мне помешать, я не один. Из-за его спины в кабинет втиснулся взъерошенный бородатый Сараев, а за ним громоздились двое «качков» в черных кожаных куртках. Один из них вынул из-за пазухи пистолет с тушителем. — На базар времени нет, — сказал Зверев (а это, конечно же, был он). — Галю я забираю. И больше вам не удастся меня шантажировать... Всем оставаться на мес­ тах! Милиция в курсе, так что можете не надрывать телефон. — Вы что, сбежали из СИЗО?— выдохнул главврач. — Зверь не бегает, Зверь уходит, — сказал гость, гладя по голове свою безумную дочку.— Мне изменили меру пресечения. Проявили, так сказать, гуманизм... А убегать я никуда не собираюсь— зачем? Здесь моя территория... Такчто встретимся в суде. — Да, но какже?.. — заикнулся главврач. — Ведь Галя и впрямь больна... — Тема закрыта, — оборвал его Зверев. — Галя будет лечиться вГермании, уже все решено и проплачено... Учти, что я за своего ребенка не только тебя, но и твой дурдом, и весь этот вшивый город с дерьмом смешаю. И еще. Забудь про депутат­ ство. Не мечтай даже. Понял? Повторять не буду. Ты понял меня или нет? — Да как вы смеете?.. — Ну, если не понял, тогда извини, — тихо рассмеялся Зверев. — Потом пой­ мешь, когда будет поздно. Пока! И он вышел, обнимая прильнувшую к нему Галю. Телохранители вышли за ним. Сараев остановился на пороге, оглянулся, подмигнул мне лукаво: — Ну что, не надумали перейти в наш стан? — Вы о чем? — растерялся я. — Вот те раз! Я же вас агитировал, поил, кормил... Нам нужны опытные жур­ налисты. Тем более, вы сейчас без работы... — Вам и это известно?— удивился я. — Нам все известно,— важно сказал Сараев.— У нас везде свои люди. Мы еще наведем порядок— ив этом городе, и в Сибири, и во всей стране. Так что спешите принять решение, Юрий Иваныч, пока не поздно. Чао! Господи Боже, спаси меня и сохрани. Как вымне все надоели... ...Вера, Верочка, я же предупреждал, что все этим и кончится... — Да, ты ЭДУАРД РУСАКОВ СМОТРИ, КАКОЙ ЗАКАТ