Сибирские огни, 2007, № 1

Константин МУН ОТ НАЧАЛА ДО КОНЦА Р а с с к а з ы ДОМ МАЛЫША Вначале сверкнулаМысль. Яркая, пронзительная, какмолния, она с удивлением начинает обретать плоть, клетку за клеткой, ткань за тканью. Вес и размер увеличива­ ются, и остается радостное ожидание от необратимого процесса, как на Рождество, когдаждешь нового и приятного. Постепенно Мысль осознает, что она это Он, комо­ чек взбесившихся клеток. И Голос говорит о Доме. О готовящемся теплом и добром Доме. — Дом! — зовет Он. — Ты когда будешь готов? — Тогда, когда будешь готов ты, — откликаетсяДом. — Но я уже готов! — утверждает Он. — Нет еще, подожди чуть-чуть, — отвечает Дом. И Он ждет. Проходит вечность. Его нежная оболочка начинает чувствовать не­ понятное и пугающее. В ужасе Он взывает к Голосу, но тот молчит. — Что ты кричишь?— внезапно спрашивает Дом. — Не бойся, это называется движением. Ты скоро будешь у меня. — Да-а? — еле выговаривает от страха Он. — Да. И не кричи больше. Я готовлюсь тебя принять, — говорит Дом. В наступившей тишине движение вызывает уже не страх, но беспокойство. Что- то обнимает, Он чувствует, как обтягивается неизвестным. Оно с жадностью обхва­ тывает со всех сторон, словно пробует на вкус прежде, чем проглотить. Слова Дома удерживают от паники, они греют представлениями о ждущем теплом, уютном и добром Доме. Бесконечное движение. Здесь нет времени, или оно не ощущается. Наконец Он проглатывается в какой-то мешок, и все прекращается. Но сначала чувствуется ужас падения, его мягко принимают и успокаивают. — Ну, здравствуй! Это я, твой Дом, — раздается ласковый голос. — Здравствуй, — робко отвечает Он. — Теперь ты дома, и тебе ничто не угрожает. — Правда?— тихо спрашивает Он. — Да, — мягко отвечает Дом. — И ты готов? — Сейчас ктебе готов. Но ты будешь меняться, и я должен всегда быть готов к этому. — Как это я буду меняться?— удивляется Он. — Так, очень просто. Ты уже изменился, разве не замечаешь? — отвечает Дом. С удивлением и ожиданием чего-то нового Он прислушивается к себе. Когда-то по бокам тела появились четыре вздутия. Незаметно они росли, и теперь Он привыч­ но ощущает неподвижные и бесполезные отростки. — У меня ничего нет, — с сожалением говорит Он. — Не может быть! А это что? — настойчиво спрашивает Дом. — Но это же просто отростки, — уныло отвечает Он.