Сибирские огни, 2007, № 1

Двинулись дальше. Пророк ухватил Андрея за рукав и что-то глупо и слюняво булькал, получалась горячая невразумительная каша. «Все кончено, — думал Андрей. — Лучше бы я тогда сдох на площади, а еще лучше — возле «барака», производящего поволоку, в эпицентре вместилища». Палтышударил по тормозам. Впереди была колонна людей. Было совершенно ясно, куда их гонят. Колыхалось черное море голов с языками «грязной» поволоки над каждой макушкой— самые угрожающие, дикие сочетания цветов. — Это конец, — сказал Глейзер. Палтыш снова завел мотор, и теперь они ехали медленно, часто сигналя, между конвойными с немецкими овчарками и трехэтажными домами. — Глейзер, — сказал Брудзкайтис, — кактыдумаешь... — Я не думаю, я чувствую! Это оно! «Вот и они о том же,— подумал Андрей.— Это почти телепатия. Наверное, все уже почувствовали. Это не сирена— это поволока». Проезд стал совсем узким, машина остановилась. Пророк впился в руку Андрея. — Ангел сильный,— шепнул он. Андрей поморщился. — .. .и вижу я как бы стеклянное море...— продолжал вещать пророк. — ...сме­ шанное с огнем; и победившие зверя и образ его, и начертание его, и число имени его... стоят на этом стеклянном море, держа гусли божии... — Заткнись,— приказалАндрей.— Просто возьми и заткнись!Без тебятошно. — Да нет же! — загорячился пророк. — Гусли божии! Понимаешь? Они же поют! — А «стеклянное море»? — спросил вдруг Глейзер, повернувшись к нему с интересом. Пророк изменился влице. — Не знаю, — сказал он честно. А затем: — Наледи и дорога! Палтышвоскликнул: — Ребята! Он уже третий раз про эти дороги говорит. Тути правда скользко. А на площади, наверное, тоже гололедица! — Вот вам и стеклянное море, — сказал Брудзкайтис.— Я вообще заметил, что этот пророк— большой хитрец! — Похоже, он знал, что нам сюда ехать придется. — Вот если бы он еще внятно выражался. А то никто ничего не понял. — А может быть, мы слишком пьяные были? — Я вот сейчас абсолютно трезв, — сообщил Андрей. — Абсолютно. А толку от этого?.. — Мы будем ехать или нет? Палтыш сказал: — Там грузовики. И правда— грузовики занимали всю правую сторону улицы. Появился патруль, два дылды вшинелях. Один из них поспешил кним. — Быстро работают, — сказал Глейзер. Он обернулся. — Ну что, пойдем пешком? Дылда нагнулся кводительскому окну. — Почему это вас проехать нельзя?— сходу беря начальственный тон, сказал Глейзер. — Непорядок! В кабину просунулась рука и пошарила лучом фонарика по лицам. — Там развернуться негде, — угрюмо сказали в кабину. Луч остановился на трясущемся пророке. — А это кто? — Показания будет давать, — Глейзер усмехнулся.— А затем мы его врасход! Видимо, патрульному понравилась ирония Глейзера. ЯРОСЛАВ КОСТЮК