Сибирские огни, 2006, № 12

Взгляд в глаза длится несколько секунд. Эти несколько секунд все и решают. Потом Аня отворачивается и отходит. Конечно, не слишком далеко, чтоб, когда начнется медленный танец, юноша смог ее найти. А потом начинается медленный танец, и юноша идет по залу, оглядываясь по сторонам. Наконец видит Аню, радостно бросается к ней, останавливается в метре от нее, боясь показаться слишком навязчивым, и нерешительно спрашивает: — Можно вас? — Можно,— улыбается Аня. И кто после этого скажет, что инициативу проявила она? Да никому это в голову не придет. Даже самому юноше... Примерно через месяц Аня поймет, что устраивать такие сложные спектакли — с театральным перевоплощением, выдумыванием персонажей, имен, биографий и прочего — совсем необязательно. Нужно просто найти повод посмотреть юноше в глаза, любой повод, хоть бы и самый дурацкий. Например: «Он необычно танцует (или «У него странная кепка», или «Он не похож на завсегдатаев этой дискотеки»). Интересно, как выглядит его лицо?» Причем все эти легенды-поводы нужны не юноше или окружающим (они и так \ ничего плохого не подумают — ну, посмотрела и посмотрела). Легенда нужна са­ мой Ане, чтоб чувствовать себя уверенно. А потом Аня пройдет мимо, обернется и посмотрит юноше в глаза. Без всякого выражения. Просто с любопытством. Больше от Ани ничего не требуется. Нужно просто дождаться медленного танца и дать юноше возможность найти Аню в зале. А все остальное юноша сделает сам... Октябрь, ноябрь... Еженедельные дискотеки, и каждый раз Аня выбирает себе новую жертву— самого привлекательного мальчика в зале. Не обязательно красав­ чика, смазливые лица без печати интеллекта ей как раз не нравятся. Она выбирает такого, с кем ей будет приятно танцевать медленные танцы (после первого танца мальчики всегда приглашают Аню и на все остальные), а потом целоваться на обще- 5 житской кухне. От секса она, разумеется, всегда отказывается. Зачем он ей? Ей нужен не секс, ей нужны эти два-три часа вдвоем, в течение которых мальчик купает Аню в лучах своего внимания. Потом ее провожают до общежития. Иногда на этом все кончается, и оба расхо­ дятся, вполне довольные друг другом, чтобы уже никогда не встретиться. Иногда мальчик доводит Аню до дверей ее комнаты и просит разрешения зайти как-нибудь в гости. Аня разрешает. Мальчик заходит через несколько дней, потом еще раз через неделю, потом снова — еще через неделю. То есть, особой настойчивости не проявляет. Ну и хоро­ шо. В Анины планы на эту осень не входит завести роман с единственным и непов­ торимым. Сейчас у нее совсем другие задачи. И она даже поняла: какие. Поняла не сразу, а примерно к концу октября. Как раз к этому времени она обнаружила, что каждый новый юноша — это минус полкило ее лишнего веса. Когда мальчик приходит снова — это уже не то. А вот после первого вечера вдвоем у Ани всегда удивительное ощущение праздника. И совершенно не хочется есть. Но даже избавление от лишнего веса— не главное. Важно другое... «Мама и папа, вы внушили мне, что я недостойна не только любви, но и элемен­ тарной симпатии. 18 лет я прожила с убеждением, что способна вызывать у близких людей только гнев, раздражение и неприязнь. Я всегда считала, что выгляжу отврати­ тельно. Но если это так, если вы правы, мама и папа, тогда почему, скажите мне, почему этот замечательный юноша с такой нежностью целует меня и так ласково гладит по голове? Думаете, потому что рассчитывает на секс? Нет, он прекрасно знает, что никакого секса не будет. И все же не отпускает меня и просит: «Не уходи, давай постоим еще немного». Вы скажете: «Тебе повезло с ним, это исключение, а не правило». Исключение? Но вот же каждую субботу у меня новый юноша. И всякий раз это очень привлекательный мальчик, явно не обделенный вниманием девушек. И 89 ВИШНЕВСКАЯ ЦЫПЛЕНОК НА ПОЛОТЕНЦЕ