Сибирские огни, 2006, № 12

ДИАНА ВИШНЕВСКАЯ ЦЫПЛЕНОК НА ПОЛОТЕНЦЕ — Насчет «Балтики девятки» есть хорошая шутка. Знаешь, бывают винные на­ питки? Не вино, а винные напитки. Бурда редкостная. Так вот, крепкое пиво с добав­ лением спирта— например, «Балтику девятку»— называют пивными напитками. — Забавно, — согласилась Аня. И, подумав, улыбнулась: — Значит, я предпочи­ таю пивные напитки. Юноша встал. — Что тебе взять? — Пошли вместе, мне нравится расплачиваться за себя самой. Аня снова взяла себе «Балтику девятку». Почему? Да просто потому, что ей хотелось именно этого пива. Война. Все средства хороши. Прежняя Аня должна быть уничтожена. Кто по­ явится на ее месте? Пока неясно. Но это и не важно. В любом случае она будет драться до последнего. А во время драки нельзя предаваться размышлениям. В драке нужно слушаться инстинктов, чутья, интуиции. Скорость реакции на то, что проис­ ходит прямо сейчас, важнее, чем то, что будет завтра. Дерьмовое пиво и безвкусный макияж? Плевать. На войне не думаешь об изя­ ществе и хорошем вкусе. На войне главное — победить. Даже если это невозможно. В прошлом году, на первом курсе, семнадцатилетняя Аня не пропустила ни одной лекции и ни одного семинара. Все прилежно конспектировала. Целыми днями просиживала в читальном зале, ложилась спать не позже полуночи, вставала за час до занятий. На втором курсе она редко ложилась спать раньше шести утра. Сидела с прияте­ лями на темной кухне, на брошенных на пол одеялах, слушала музыку, курила. Танце­ вала в темноте под тяжелый рок. Пробовала чифир (не понравилось). Пробовала пить водку (понравилось). Пробовала неделю спать не больше двух часов в сутки и наблюдать за своим состоянием. Читальные залы были забыты. Из всех лекций Аня посещала в лучшем случае половину. При этом училась она по-прежнему на пятерки. И с огромным удовольствием работала над темой, которую дал ей научный руководитель. Тот почти не хвалил ее, он просто требовал от нее больше, чем от других. А потом, убедившись, что способ­ ностей Ани хватает, кивал: «Да. Хорошо». Иногда Аня задумывалась, какие у профессора на нее планы. После универа, конечно, аспирантура, защита диссера, это понятно. А потом? Возьмет к себе в лабораторию? Отправит на стажировку за границу? Но задумывалась не больше, чем на минуту, а потом выбрасывала эти мысли из головы. Сейчас ей не до карьеры. Абсолютно не до нее. Карьера— тыл, который уже обеспечен. Теперь у нее есть дела важнее. Теперь у нее война. Война... Шаг за шагом— и непонятно, завоевание это или разрушение. Потому что каждый шаг — это удар по чему-то важному внутри себя. Удар на поражение. Первым шагом стало курение. И оно так навсегда и осталось для Ани символом новой жизни. Первая жизнь кончилась, когда ей исполнилось 18. А вторая началась, когда Аня впервые взяла сигарету... Сентябрь второго курса. Пачка сигарет лежит на столе. Дотянуться, взять, при­ курить, затянуться — впервые в жизни — ах... Нет, нет, ни за что, курить — отврати­ тельно, она никогда в жизни... И тут перед глазами появляется лицо мамы. Аня прекрасно помнит ее голос: «Курящие женщины — гадость! Фу!» Лицо и голос — это все решает. Аня протягивает руку и берет сигарету. Пальцы дрожат. — Ты чего? — спрашивает сидящий рядом юноша. — Я в первый раз,— задыхаясь, признается Аня. — Давай я тебе прикурю. Смотри, затягиваться надо вот так. — Спасибо. Аня подносит сигарету к губам. Неужели она это сделает? Прыгнет с этой вышки? Да, да, да! 80