Сибирские огни, 2006, № 12

Воспользовавшись понтоном из горящих и обрушившихся досок, огонь пере­ кинулся на дом. В том, что без помощи пожарных усадьба Забелиных сгорит дотла, не сомневался уже никто, кроме Саги, для которого все мировое зло соединилось на пожирающем огне. Потеряв голос от крика, он начал хрипеть на своих товарищей, у которых от бессилья перед разбушевавшейся стихией стали опускаться руки. — Бесполезно... — скрипел зубами Митька. — Мы сделали все, что могли. — Пошел прочь, — прошипел Сага, и Спас увидел, как от невероятного напря­ жения вздулись жилы на горле у парня. — Тащите шланги от Карамчаковых и цеп­ ляйтесь к колонке, — зазвенел сталью восстановившийся голос. — Есть! — бросил Белов и помчался выполнять указание своего «второго но­ мера». В ограду забежала тетя Лида и, споткнувшись, упала. — Ребя-я-ята! Мишуткавдоме! Где Антон? Мишу-уткаспи-и-ит!.. — Давайте ключи, — спокойно произнес Бакаев. — Нету-у! Спаси-и-ите! Христом Богом молю! Вставив отмычку в дверную скважину, Бакаев пытался вскрыть дверь. Сага и Андрей кричали на него, а он тихонько матерился и продолжал работать, недоуме­ вая, почему в этот раз ничего не выходит. На его воровском веку были замки и посложнее, но этот же нельзя было взять ни хитростью, ни измором. Лицо подраги­ вало от волнения, дым разъедал глаза, а он упорно продолжал работать, призывая на помощь все свое умение, так некстати ставшее подводить его на этом пожаре. Бака­ ев стал разговаривать с замком, как со злой собакой, которую во что бы то ни стало надо приручить за короткий срок. — Давай взломаем! — крикнул Сага. — Нет времени! Повсюду огонь! — Не успеем! Нужна монтажка или хотя бы лом! Серега, быстрее! — волнуясь, сказал Андрей и закашлялся от едкого дыма. — Дело чести, пацаны. Дайте мне еще десять секунд, и дело в шляпе, — обер­ нувшись, бросил Бакаев, и больше уже ни на кого не отвлекался. Его зубы выстукивали дробь, а пальцы въелись в отмычку, которая наконец освоилась внутри замочной скважины и уже отпирала засовы, ломала крючки и разгребала завалы в железном доме, превращенном пожаром в неприступную тюрьму. — Сага, ты остаешься! — крикнул Бакаев, когда дверь поддалась. — Почему? — заорал Сага. — Потому что, — спокойно ответил Бакаев и, не желая дальнейших расспросов, безжалостным ударом в челюсть отправил гиганта в нокаут. — За что ты его? — спросил Андрей. — Да он сгореть хотел. Я по его глазам прочитал. Вперед! Ты— направо! Я — налево! Через минуту дом обрушился... Сергей Бакаев успел вытащить мальчика из огня. На его теле не было живого места, и он скончался по дороге в больницу. Перед смертью парень бессвязно шептал: — Кто теперь построит скворечники?.. С ожогами первой степени Андрей Спасский был доставлен в белоярскую боль­ ницу и пришел в сознание на операционном столе. Врачи колдовали над ним, и он улыбнулся, потому что эти люди часто копошатся в человеке, не зная, кто он и как жил. Они изо дня в день выполняют свой долг, верные клятве Гиппократа, и привыка­ ют к работе с больным человеческим организмом. Он ведь тоже придумал соб­ ственную клятву и остался ей верен до конца. А вот труды над больными человечес­ кими душами так и не стали для него рутиной, поэтому он радовался, что уйдет вовремя. Он решил, что не скажет докторам о том, что пришел в сознание, ведь они должны выполнять свою работу, не отвлекаясь на просьбы и жалобы обреченного. Он стиснул зубы и стойко переносил боль, решив перейти в иной мир не одур­ маненным морфием. Пусть думают, что он ничего не чувствует, так будет лучше. Его последние мысли были о России, великой стране от Калининграда до Дальнего Востока, о которой он ежедневно привык размышлять, не считая свои думы глобаль­ АЛЕКСЕЙ ЛЕСНЯНСКИЙ вШМ ЛОМКА