Сибирские огни, 2006, № 12

— Тут не плакать, тут радоваться надо. Сколько хорошего я про тебя сегодня услышала! — Спать пойду. Ужасно клонит в сон. Мне надо отдохнуть для дальнейшего. Впереди много дел, а я с каждой минутой теряю силы. Но ничего, ничего, баба. Лишь голова коснулась подушки, тревожный студент уснул. И с этим замеча­ тельным парнем заснула Хакасия. Тысячи Спасских трудятся сегодня в разных часо­ вых поясах, поддерживая страну на плаву. Сменяя один другого с востока на запад, они просыпаются с первыми лучами солнца, не сомневаясь, что для их родины все еще впереди. Их считают чудаками, потому что они живут по правде, пусть и не ими придуманной, но полюбившейся их сердцу. Они подхватывают упавшие на землю знамена и рвутся на поля не ими проигранных битв. Вы спросите: почему? Да пото­ му что они идеалисты, которые сегодня не в почете. Глядя на них, обрюзгшие реали­ сты ядовито усмехаются; но невдомек хваленым приверженцам суровой жизненной концепции, что идеализм легко приживается в радиусе трех километров от человека, верящего в братство и единение людей, любящего окружающую и человеческую природу, стремящегося постигнуть тайны бытия через поиск новых путей... 31 Спасский проснулся с первыми проблесками зари и настежь распахнул окно. Частица деревенского утра, не задумываясь, заглянула в гости, поделившись с уют­ ной комнаткой накопленной за ночь свежестью. Заерзал на койке Санька, почувство­ вав озноб, и с головой спрятался под одеяло. Андрей улыбался в открытое окно и нежился от прикосновения юного, слегка тронутого солнцем воздуха. Он смотрел на раскачивающиеся верхушки деревьев синеющего вдалеке леса, на анютины глазки в своем палисаднике, на отрезок дороги, на то, как в доме напротив баба Фекла откры­ вала ставни, на гусей дяди Миши Назарова, которые, вытянув длинные шеи, помча­ лись с гагаканьем на протоку. Он смотрел на все это и подумал, что рассветы в деревне могут врачевать душевные и телесные недуги, исправлять негодяев, переде­ лывать трусов в храбрецов. — Вывезти бы город на пару недель сюда, чтоб подышали, отдохнули от своих хрущевок. Бабушку им мою приставить с ее отменными пирогами и вечным брюз­ жанием, с ее словечками, сохранившимися с тех пор, когда семьи жили патриархаль­ ным укладом, ели деревянными ложками и колядовали на Рождество. Ее рассказы о былых временах никого бы не оставили равнодушным. — Что ты шепчешься там опять? — пробурчал Санька, откинув одеяло. — Кры­ ша твоя, как я вижу, давно уже укатила, только тебя прицепом забыла прихватить. А надо бы. — Не начинай. Что ты, в самом деле... — Короче, тебе нужна девчонка, иначе свихнешься, — вынес вердикт Санька. — У меня несколько есть на примете. Запросто обстряпаю. Хочешь? — Не до этого мне. — Ну и дурак!.. А хочешь, голую правду перед тобой сейчас выложу? — Давай, — сказал Андрей. — Без обид? — Без обид. Но боюсь, тебе нечего прибавить к тому, что я давно уже знаю. — Праздник прошел, и в том, что он состоялся, во многом твоя заслуга, — начал Санька.— Я наблюдал за тобой, долго наблюдал. И вот тебе мое умозаключение, так сказать. Ты страшный человек на самом деле... Нет, ты такой же, как все. Тебе хочет­ ся того же, чего и другим: красивых женщин, развлечений, дорогих машин. Помнит­ ся, одно время ты это практиковал. Но вся разница между нами в том, что ты можешь себе позволить многое, а я нет. Из-за этого тебе уже не надо ни женщин, ни развлече­ ний, ни хороших машин. Тебе, пресыщенному парню богатых родителей, достаточ­ но того, что все в курсе, что ты можешь себе позволить все что угодно. Ты образо­ ван, неглуп, разбираешься в людях и видишь, что оттопыренным от «бабок» карма­ ном не сможешь завоевать симпатии людей, а только лишь черную зависть. Ты мог бы всех купить... 39 АЛЕКСЕЙ ЛЕСНЯНСКИЙ № ЛОМКА