Сибирские огни, 2006, № 12

го. Эх, подеру-у-усь», — заговорил в Спасском казак, и он вклинился в центр кай- бальской линии. — Ты чего, Андрюха? С нами, что ли?— удивился Кореш. — Я теперь всегда с вами. Мне так на роду написано. — Держись за меня, братан, не пропадешь. Отвечаю, не пропадешь, •— сказал Санька и перебрался поближе к Андрею. — Слышь чё, второй номер, — тихо сказал Митька Саге. — Ты за Спасом при­ глядывай, телохранителем у него будь. Здравую голову беречь надо. — Угу, — ответил Сага, мгновенно выпал из линии и встал рядом с Андреем. Странным образом Брынза, Забелин и Данилин тоже решили, что их место в центре. Дерябин ухмыльнулся. Наметанным глазом бывалого бойца он сразу увидел, что по какой-то пока непонятной ему причине, противник оголил фланги и сформи­ ровал ударную группу в центре. — Горилла. А, Горилла? Как думаешь, почему они края ослабили? В чем фишка? — Не знаю. Мое дело— рожи бить, а твое— думать. — До чего ты все-таки тупой. Вот я, кажется, понял, что к чему. Узнаешь того парня, который галстук с шеи снимает? Он, дорогой ты мой шатун из-под валежника, твой. Его надо вырубить первым... Сможешь? — Не-е, его не трону... Хороший парень. — А кто тебе сказал, что его надо трогать? Ты мне, волосатый друг, дорожку расчисти, а там я уж как-нибудь сам ... А теперь передай по цепочке, что Веселому, Пыренку и Толе Кузнецову надо срочно переместиться на левый край, а Рыжему с братьями — на правый. Только спокойно, без лишнего кипиша. — Зачем? — спросил Горилла. — Затем, гора, поросшая лесом! — психанув, заорал в ухо товарища Дерябин. — Все готовы? — спросила Надежда Ерофеевна. — Да! — посыпались выкрики. Таранный центр кайбальцев, выстроившись наподобие журавлиного клина, быстро набрал разгон и врезался в гущу соперника. На самом деле гущи не было, потому что по знаку Дерябина подсинцы организованно расступились, оставив для встречи с врагом вечно запаздывающий монумент — Гориллу. Он и принял первый удар на себя, положив на асфальт бежавших в авангарде Брынзу и Кореша. Через секунду на ревущий монумент налетела разъяренная стая. Так вышло, что Спасско­ го занесло на грудную клетку, и ему показалось, что даже морские волны, накатывая на скалы, не встречают такого отпора, он просто стек под ноги Горилле. Монумент пошатнулся, но выстоял, а потом стал сильно напоминать рождественскую елку, на которой сразу повисли все кому не лень. Пытаясь избавиться от лишнего груза, подсинец закружился волчком и от отчаяния успешно столкнул лбами две вцепив­ шиеся в руку гирлянды, которые разбились о землю уже без сознания. Кайбальцам было уже все равно, что их атакуют со всех сторон, предательски молотят по спинам, что наваленные в радиусе пяти метров от Гориллы тела их товарищей образовали стонущую кучу, над которой потешались девушки и взрослые. На все это было уже наплевать, потому что все теперь хотели только одного — свалить Гориллу. — Харэ! — крикнул Дерябин, напоследок съездил Гадаткину по лицу, а потом подал ему руку. Водонапорная башня не наблюдала возле себя такого столпотворения с тех пор, как на ее вершине лет восемь назад повесился Михаил Варганов. Много воды утекло с того времени, и теперь праздничный повод собрал кайбальцев всех вместе на са­ мом краешке деревни. Сколько-нибудь значимые события случаются в русских деревнях редко. Отвык­ ли крестьяне гулять и работать, и вместе с тем сохранилась в этих людях, за которыми закреплена Богом земля, та самобытная изначальная живинка, дающая им право считаться наследниками Святой Руси. И наследниками главными. Живинку эту не всякому дано разглядеть, запрятана она от черного глаза. Чтобы на нее натолкнуться, надо поселиться в деревне и дышать сельским воздухом, слушать степенные разго­ 35 АЛЕКСЕЙ ЛЕСНЯНСКИЙ ЛОМКА