Сибирские огни, 2006, № 12

АЛЕКСЕЙ ЛЕСНЯНСКИЙ £fK& ЛОМКА хирея с каждым днем; четвертые интеллигентно тявкают и готовы при случае даже хозяина за ногу цапнуть, да цепь мешает. «Коммунист с миллионным состоянием. Само по себе уже неприятно, но страш­ но другое. Зачем баллотируется от нашей республики, ведь не местный он! Неужели от чистого сердца хочет сделать жизнь в Хакасии лучше? Или выбрал наш регион только потому, что здесь ему никто не составит конкуренции? И как ему сейчас в душу заглянуть?» — пронеслось в голове у Андрея. — Я сделаю все, от меня зависящее, чтобы из федерального бюджета выделя­ лись значительные средства на восстановление сельского хозяйства. Поверьте мне, это реально! Агропромышленный сектор многоукладной отечественной экономи­ ки нуждается в государственной поддержке, целевом финансировании. Мы не долж­ ны закупать зерновые культуры, мясомолочные и другие сельхозпродукты у зару­ бежных стран. У нас самих есть необходимые производственные мощности и земли. Мы справимся сами. Интенсивные способы ведения сельского хозяйства, поддерж­ ка отечественного производителя, разнообразие форм собственности в АПК — вот три кита, на которых будет строиться моя политика в Государственной Думе... Я недавно в Хакасии. Красивый край. Степи, горы, тайга. Присоединяюсь к словам вашего губернатора, который сказал, что эту землю нельзя не любить. От себя же добавлю: в богатом краю не должно быть бедных... — Депутатов! — крикнули из зала. Спасский узнал голос Гадаткина. Дружный хохот взорвал зал. Кайбальцы смея­ лись беззлобно, раскатисто, но Севыхин покраснел. С мрачным настроением Анд­ рей разыскивал глазами Володю. Когда наконец нашел, то увидел, что его другу тоже не до смеха. Их взгляды встретились, и они поняли друг друга без слов. «За одно мгновение живого смеха они готовы страдать четыре года», — каза­ лось, говорил Андрей. «Клянусь, что меньше всего хотел вызвать такую реакцию,— будто бы отвечал Володя. — Но кто мы такие, чтобы решать за них, как им реагировать? Может быть, они умнее нас?» «Не знаю. Скорее, мудрее. Давай не будем отставать». «Давай, разрази меня гром. Долой нас, да здравствуют они». Спасский по частям выгладил лицо. Проскользнув мимо Севыхина, он прошел за кулису и попросил Надежду Ерофеевну дать ему слово. — Иди, Андрюша, спасай ситуацию. Депутат-то наш совсем сник... — сказала она и слегка подтолкнула его. Нобелевские лауреаты не испытывают такого волнения, какое при выходе на сцену испытал Андрей, потому что почувствовал, что его звездный час настал. Мно­ гое хотелось сказать. В клубе до сих пор не засмеялся лишь один человек — спецкор «Сельской нови». До начала праздника он думал, что, как всегда, придется самостоятельно расцвечи­ вать мероприятие придуманными фактами. Теперь он боялся их преуменьшить, увидев, как на сцене очутился парень с синячищем под глазом. «Наверное, местный дурачок,— ухмыльнулся в душе корреспондент, но что-то подсказывало ему, что дурачки не одеваются с такой изысканностью, да и в облике парня не было вырождения. — Ладно, хоть развлекусь». — Не обижайтесь, Анатолий Павлович! — услышал спецкор со сцены. — Жизнерадостный народ кайбальцы! Умеют ценить хорошую шутку. Они и надо мной похохотать не прочь. Я ведь один в один на вас похож. Синяк, думаете, откуда у меня?.. Тоже много говорю. — Вы меня, молодой человек, унизить, что ли, пытаетесь? Зачем юродствуете? -—сказал Севыхин. — Ну что вы ... Я ведь в декабре за вас голосовать буду и всех к этому призываю. Если кто-то и сможет сделать что-то конкретное, то только человек со связями, а у вас подвязки во властных кругах имеются. А смех — это фора, которую кайбальцы себе позволили. Вдруг так произойдет, что вы не оправдаете их ожидания, сиденья без пользы протирать будете или, того хуже, интересы всяких подонков лоббировать станете. Приятно будет кайбальцам, что хоть посмеялись они над вами от души. А 32