Сибирские огни, 2006, № 12

АНТОН ЛУЧАНСКИЙ МРАКОБЕСИЕ В ЭФИРЕ ПЕРВОГО КАНАЛА Как-то все бесхитростно получилось: некто способный дешифровать скифское послание алтайцам, уже нашелся. Похоже, Кыныев и есть тот человек. Еще одного авторитета, привлеченного авторами для того, чтобы материал выг­ лядел весомым, зовут Мурад Аджи (Аджиев). В фильме он представлен как «писа­ тель, доктор исторических наук». Однако всероссийскую известность Мурад Аджи заработал как фольк-хисторик. Фольк-хистори — это «самодеятельная история», появившаяся в России в сере­ дине 90-х годов прошлого века. Ее апологеты склонны вольно интерпретировать исторические источники, зачастую додумывая фактологию и импровизируя с при­ чинно-следственными связями. Имя Аджиева в табели о рангах фольк-хистори стоит рядом с именами Фоменко и Радзинского. Строго говоря, Аджиев и впрямь имеет реальный научный статус — кандидата экономических наук: кандидатскую он защитил в 1973 году по теме «Моделирование и оптимизация процесса промышленного освоения северо-востока СССР с выбо­ ром индустриально-строительных опорных баз». Но, как бы то ни было, сейчас в определенных кругах он считается великим тюркологом. В фильме великий тюрко­ лог говорит, понятно, о великих тюрках, и — ни слова о раскопках. Зато его пространные рассуждения относительно передовой роли тюрок дают авторам право ни с того ни с сего заявить о неизвестных доныне фактах истории Укока: «Тогда еще никто из ученых не мог предположить, что здесь, у подножия непри­ ступных гор, куда сегодня ведут только охотничьи тропы, несколько тысячелетий назад шумел торговый город». Не мог. Да и сейчас не предполагают — даже такие «смелые», как Мурад Аджи. Больше в фильме «торговый город» на высокогорном плато, по дорогам которого, на самом деле, свободно ездят «Нивы» и «УАЗы», не упоминается. Создатели фильма также пытаются взять в союзники авторитеты мирового мас­ штаба. Повествуя о перевале Бетсу-Канас, расположенном недалеко от плато, они заявляют: «Канас заставил задохнуться от восхищения Николая Рериха. Здесь, по его мне­ нию, и нужно искать врата в легендарную Шамбалу». Для уточнения этой информации я обратился в Сибирское Рериховское Обще­ ство. По моей просьбе О. Ольховая и ее коллеги два дня работали в своем архиве и выяснили: Николай Рерих никогда не задыхался от восхищения, глядя на Канас. И уж совершенно точно, ничего не говорил относительно такого странного маршрута до Шамбалы. ВСЕ ПЛОХО Каждый, кто на протяжении последних 10-12 лет наблюдает за общественной жизнью в Горном Алтае, знает, что тема взаимосвязи раскопок 1993-го года и земле­ трясения 2004-го последовательно педалируется определенными представителями общественности и власти республики. Так называемая «принцесса Кадын» стала чем-то вроде знамени национального движения. Это знамя в своих целях использу­ ют все желающие. Учитывая то, что внутриполитическая ситуация Алтая далека от стабильности, возникает вопрос: почему федеральный телеканал провоцирует оче­ редную волну беспокойства? После неоднократного выхода фильма в эфир вопро­ сы родства с пазырыкцами и взаимосвязи раскопок и народных бед с новой силой начали обсуждаться в прессе и в интернет-сообществах. Авторы фильма последовательно подводят зрителя к мысли о том, что Укок — это мистический «нервный центр» если не планеты, то России, а алтайцы (или тюр­ ки, что для массового зрителя особой разницы но имеет) — не просто уникальный народ, а какой-то особый. «Через считанные дни (после раскопок — А.Л.), — угрожающе вещает голос за кадром, — последовали страшные события 93 года» (в кадре — расстрел Российско­ го Парламента, потом — боевые действия в Чечне). Итог подводит Кыныев: «Было предсказание, переданное через наших камов, о том, что если обратно тело нашей принцессы не положат, будут катаклизмы среди населения, и природного плана, и эти катаклизмы распространятся по всей земле».